(no subject)

Ну что. Вчера была практически бессонная ночка, потому что я ужасно психовала и не могла уснуть, все обдумывала варианты, как вовремя успеть сделать нужные бумажки для визы.
В ночи я написала сразу нескольким людям - присяжному переводчику из Гааги, Маринке и Леле в Питер и еще какому-то туристическому агентству в Москве, в котором умеют супербыстро делать приглашение на туристическую визу.

До Гааги нам ехать на машине 2 с лишним часа. Поэтому пока Тин рулил машиной, я рулила всем остальным.

Сначала отозвалась переводчик. Она написала, что перевести и заверить свидетельство о рождении не проблема, но вот беда - консульство не принимает документы без апостиля. А ставить апостиль надо на оригинальном документе. В суде. И в принципе, мы могли б заехать в Гааге в суд и поставить апостиль на наш оригинальный документ. НО. В Гаагу мы приезжали, судя по навигатору, в 10.30. А в консульстве нам надо было быть в 10.50. А переводчик и вовсе могла сделать перевод только до 9.30 и не позже, потому что потом ей уходить на устный перевод. Блин.
Я несколько раз по дороге с ней созванивалась. Пришла к решению, что в крайнем случае буду умолять консульство донести документ позже в тот же день. Поэтому могла бы, если что, успеть метнуться в суд и потом к переводчику. Но примерно полчаса ожидания были ужасными - я не знала, что ответить переводчику, при этом от Лели и Маринки еще не было ответа о том, сумеют ли они сделать новое приглашение, при этом консульство на звонки не отвечало. Я сидела в машине, тряслась и психовала.

Параллельно, через полчаса после переводчика ответила Леля. Она работает в туристической компании и в принципе визовую поддержку оказывает. Но. Для визовой поддержки нужна бронь отеля. И организовать это все за каких-то два часа не так уж просто и в этот раз не получилось.

Наконец, третьей отозвалась Маринка. Она тоже в туристическом бизнесе, только в отельном. И вот она-то смогла организовать Пухле и бронь отеля, и туристическое приглашение. Когда она подтвердила, что все получится, я аж завизжала от восторга. На момент, когда она прислала мне приглашение, у меня оставалось полчаса до приезда в консульство. Это было офигенное решение проблемы! Но... Раз я меняю тип визы, то надо менять и анкету. Ночью я заранее заполнила на сайте министерства иностранных дел анкету на туристическую визу, в нее надо было только вписать номер приглашения и адрес приглашающей стороны. Поэтому я и ждала маринкиного сообщения. Как только я получила от нее приглашение, зашла с телефона на очень не телефоно-френдли сайт МИДа и стала заполнять недостающие пункты.
Но... Теперь надо было распечатать где-то это проклятую анкету.

Еще из машины я стала обзванивать ближайшие к консульству копировальные центры. Два были заняты под завязку и отказались что-либо печтатать. Третий вот только сегодня закрылся на каникулы. Четвертый не отвечал.

Тем временем, на часах было уже 10.20. Тин уже кружил в поисках парковки. Наконец, он нашел подземную парковку недалеко от консульства. На часах было 10.30. Я вдруг осознала два неизбежных факта - во-первых, я сейчас описаюсь, во-вторых, распечатывать приглашение и анкету на турвизу мне просто негде. Потому что времени у меня совсем нет. Оставалось одно - просто бежать в консульство и действовать по ситуации.

Мы побежали.

Примчались к консульству за 8 минут до назначенного времени. Я рванула в туалет (о, этот уже такой родной консульский туалет, который, как я не устаю повторять, явно привезли из России целиком в контейнере, потому что настолько точно воссоздать типичный российский туалет в Голландии из местных материалов просто невозможно). И там же решила, что сначала все-таки возьму и попробую подать документы, как планировала изначально, на визу для родственников. При этом про присяжный перевод сама спрашивать ничего не буду, а если спросят они, то прикинусь шлангом и сразу же начну умолять и рыдать. Тогда у меня останется два запасных варианта: либо доносить присяжный перевод в течение дня, либо просить их распечатать мне анкету для туристической визы и приглашение самим и просить другой вид визы.

Подошла к заветному окошечку. Протянула документы. На всякий случай отвлекающим маневром еще спросила "скажите пожалуйста, а вот такая фотография на анкету подходит или лучше вот другую?". Барышня ответила, что действительно лучше вон ту вторую, на ней лицо ребенка лучше видно.

И...

К моему полному шоку барышня в окошечке проверила все документы на визу для ближайших родственников и сразу же молча все приняла. Никакой присяжный перевод она не спросила. А я мысленно плюнула трижды через плечо и решила сама ни о чем не спрашивать, чтоб не провоцировать.

В общем, через неделю Пухлина виза будет готова и мы сможем спокойно улететь в Питер.

Но мне до сих пор неясно, что делать в будущем и нужно ли сделать заранее на всякий случай перевод этого несчастного свидетельства о рождении?
Или может и правда последовать совету к предыдущему посту и впредь делать только туристические визы?

Единственное, что жалко - Лелю и Маринку, которых я поставила на ушиа и заставила все утро ради меня суетиться и организовывать приглашение. Все усилия зазря!
Но какие они все таки крутые, мои девчонки. Это офигенное чувство, когда знаешь, что достаточно только позвонить или написать и тебе бросятся навыручку, без вопросов.

Когда мы вышли из консульства, у меня еще немножко дрожали ноги. От напряжения. Тин сказал: "Поехали-ка домой. Тебе поспать надо и выдохнуть". По дороге домой мы заехали в Икею, которая всегда действует на меня терапевтически. Там я забываю обо всем и теряю счет времени.
В машине я почти уснула. Причем полчаса громко рассказывала Пухле сказку про Золушку. Рассказывала с закрытыми глазами и полусне. Пухля утверждает, что сказка была хорошая. А я даже не помню, что именно рассказала. Как под гипнозом.
Когда мы пришли домой, я рухнула в кровать и проспала три часа. Устала.

Одно я вынесла из всей этой истории.
В консульстве у меня вечно какие-то проблемы. Так что в следующий раз надо не то что дважды перепроверять все документы за несколько недей и несколько дней до визита к ним, а трижды-четырежды и каждую неделю. На всякий случай.

(no subject)

"А я самый класнный придумчик про Стар Ворс" (только что, сделав какой-то супермегазвездолёт из нескольких наборчиков лего).

По дороге в Испанию играет с игрушкой из двух дисков с липучкой, которыми надо ловить пушистый мячик и рассуждает: "Я хочу везде так липнуть. Чтоб на потолке была такая липкость и я мог вверх ногами ходить".

Удивляет меня это его обращение с суффиками. Придумчик. Липкость. Акулочка. "Я это у тебя держу, что оно не упалочка"

"-чик" вообще один из самых любимых. "Какой он неподумчик" говорит он часто про героев мультиков или книг, которые делают что-то глупое. Брата подружки по имени Зинедин зовет Зинединчиком.

Все так же очень любит суффикс "-тель-". Без конца строит "стрелятели" и "копатели".

А в отпуске сообщил нам, что решил стать изобретателем.
"Мое самое первое изобретение будет для тебя, мам. Это будет арбузная машина. Ты же любишь арбузы. Она будет тебе арбузы резать, семечки из них доставать и убирать".
Я проект одобрила!

Потом прослушал какую-то аудиокнижку про профессии и сообщил, что решил стать космонавтом. Причем в аудиокнижке про космонавтов ничего не было! Зато было про инженеров.
"И там сказали, что инженер тоже может стать космонавтом. И врач. Поэтому я сначала пойду учиться и стану инженером, как папа, а потом врачом".
Этот план я тоже одобрила. Причем еще добавила энтузиазма предположение, что голландский космонавт, который уже умеет говорить на русском - это очень удобно, на МКС ему должны быть рады.

Так вот, возвращаясь к суффиксам.
Меня очень радует, что они у него в речи есть и что он вообще много экспериментирует со словоформами. Это мне сглаживает путаницу с родами, с которой очень тяжело бороться.
А еще, кажется, сослагательное наклонение начало на место вставать ("Я бы так никогда не сделал", "Ты бы так тоже хотела попробовать?").

(no subject)

Прочитала в отпуске 6 книг. Чему ужасно рада. Если в отпуске не читать, то это и не отпуск. Порой я лучше помню прочитанные в отпуске книге, чем увиденные в отпуске места.

В этот раз впечатлений от книг и от переводов столько, что хочется написать про это несколько постов (если хватит запала).

1. «Сто имен» Сесилии Ахерн.
Читала на финском, поскольку купила на бегу в Хельсинки чисто с целью изредка читать что-то легкое на финском для поддержания языка. Читала мучительно несколько месяцев по чуть-чуть и только в отпуске добила половину. Удивительно, что даже когда читаешь на неродном языке, то сразу отличаешь плохую литературу от хорошей. Это плохая.

2. «Куда ты пропала, Бернадетт?» Марии Семпл
Название этой книги я углядела в сериале Jane the Virgin, на который залипла в мае и запоем просмотрела четыре сезона. Это одна из любимых книг главной героини сериала, которую я нежно полюбила, поэтому прочитать очень хотелось.

Проглотила залпом за два вечера. Вот про эту книгу сразу видно, что хорошая. Вроде бы рассчитана примерно на ту же аудиторию - женщин. Но другая. Не такая слащавая. Честная. И герои раскрываются медленно и меняются по мере прочтения (не то, что в книжке Ахерн, где мэрисьюшная героиня со своей псевдофилософией с начала и до конца совершенно одинакова). А эта книга еще и про важные вещи - карьеру, материнство, выгорание и жизнь с человеком в депрессии. Хотя все это в форме симпатичного легкого детектива в эпистолярном жанре.

Читала на русском. Забегая вперед, могу сказать, что перевод отличный. Когда читаешь переводную книгу и ни одно слово не вызывает сомнения и желания заглянуть в оригинал, то значит все в порядке.

Два крошечных замечания:
- в одной главе откуда-то вылезли «шоколадные девушки из «Вож», хотя там явно должно быть «Вог». Но я не верю, что переводчик и редактор моги допустить такой глупый ляп. Может эта ошибка просто как-то заползла в электронную версию книги?
- одна из героинь состоит в группе поддержки жертв домашнего насилия. И в какой-то ее реплике речь несколько раз заходит о насилии. Она употребляет фразы «цикл насилия» и «насильник». Но вот мне почему-то по контексту показалось, что там речь была о семейном и психологическом насилии, а не о сексуальном. Возможно, я ошибаюсь и мое восприятие сильно искажено чтением нескольких сообществ и пабликов, но мне кажется, что слово «абьюзер» сейчас уже вполне устоялось. И что оно как раз по смысле шире слова «насильник», потому что включает в себя как раз другие виды насилия. Но на содержание книги этот перевод никак не влияет, поэтому и бог с ним.

3. «Десять негритят» Агаты Кристи
Тут у меня просто нет слов. Прочитала я ее за несколько часов на пляже и не могла поверить своим глазам, когда дошла до развязки. Как она это делала, а? Как можно было почти сто лет назад написать детектив, который даже сейчас, после сотен часов детективных сериалов, удивляет своим сюжетом?

Четвертой книгой был последний роман о Корморане Страйке, к переводу которого у меня опять много вопросов. Поэтому напишу отдельно.

И то же самое касается замечательной книги «Бабушка велела кланяться и передать, что просит прощения», которую я читала в голландском переводе, периодически заглядывая в русский перевод и удивляясь адским несовпадениям. Поэтому про него тоже отдельно.

Ну и в завершение.

Прочитала сегодня на фейсбуке несколько адских дискуссий про переводчиков художественной литературы. Дискуссии и посты по мотивам велись не абы кем, а редакторами, издателями и литературными критиками.

Первой моей мыслью было – «Куда я вообще со своей диванной критикой переводов, тут вон умные и высокообразованные профессионалы пишут, что одно только знание языка и умение на нем читать не дает нам права критиковать перевод, потому что мы не понимаем, как вообще работают над художественным переводом».

Затем я подумала – «Стоп. Во-первых, я тоже профессионал. И хотя все те же умные и высокообразованные профессионалы пишут, что переводить книги — это не то же самое, что переводить инструкции для чайников, я все же осмелюсь вякнуть, что переводить инструкции для чайников тоже не всегда просто. Да что уж там. Как технический переводчик вряд ли сможет переводить книги, так и литературный вряд ли сможет перевести инструкцию по эксплуатации системы биологической очистки воды. И считать только литературных переводчиков достойными внимания и уважения - махровый снобизм».

«Во-вторых – подумала я – Я не только знаю язык, читаю на нем для удовольствия и не только и работаю на нем. Я еще и говорю на нем каждый день. Каждый. И не на одном языке, а на двух. И вот эта необходимость постоянно переключаться между тремя языками и при этом часто находить на всех трех подходящее образное выражение (а в нашей трехъязычной семье это очень важное умение), учит меня особому подходу к языку. К тому же я постоянно наблюдаю нескольких людей, осваивающих язык, нескольких взрослых, для кого он не родной, и несколько детей, для кого он первый или второй. Это тоже помогает видеть язык/ языки по-разному. Поэтому я вполне могу анализировать переводные тексты. Это моя ежедневная реальность и моя работа».

Поэтому снова «надену свои смелые ботинки», как сказали бы голландцы и как ни за что нельзя было б написать в литературном переводе, и напишу еще пару постов о трудностях перевода.