(no subject)
Aug. 8th, 2004 05:15 pmДашка съела банку кукурузы и упаковку эстонских барбарисок. Люблю барбариски. Надеюсь от эстонских я не начну неистово тормозить...
В комнате пахнет табаком. Прыгаю безумными прыжками и брызгаю все духами. Пусть лучше Huog Deep Red'ом все пахнуть будет.
Убраться в комнате - не получается. На кухне еще гора посуды. И даже ни глоточка фейри чтобы ее помыть. Открыты форточки и белые занавески развеваются предательским флагом. Звенят wind chimes.
И вдруг резкая боль. Я не могу пошевелиться. Такое ощущение, что это сердце и первой мыслью - не хочу умирать...
Я и правда не хочу умирать. Сижу вот сейчас осторожно и боюсь шевелиться, потому что когда делаю глуюоий вдох - опять эта боль...
Пару недель назад я переходила дорогу и мне показалось, что меня сейчас собьет машина. В тот же день сказала Маринке, что подумываю написать завещание. Глупо наверно - у меня имущества-то никакого. Но все равно. Меня волнует кто будет после моей смерти читать мои книжки, слушать мои диски, носить мои украшения и одежду. И самое главное - кто позаботится о моих рукописях и архивах? Ответ один - Маринка. И конечно частично остальные мои девочки - Оля, Ира и Даша.
Девочки - если я умру, не оставляйте ничего, прошу вас. Я не хочу, чтобы мой архив оказался в руках родителей. Это не для них. Это для вас и всех остальных.
Я напишу завещание. Обязательно. И отдам Маринке. Так что если что - все в ваших руках.
Тьфу... Я с ума схожу, да?
В комнате пахнет табаком. Прыгаю безумными прыжками и брызгаю все духами. Пусть лучше Huog Deep Red'ом все пахнуть будет.
Убраться в комнате - не получается. На кухне еще гора посуды. И даже ни глоточка фейри чтобы ее помыть. Открыты форточки и белые занавески развеваются предательским флагом. Звенят wind chimes.
И вдруг резкая боль. Я не могу пошевелиться. Такое ощущение, что это сердце и первой мыслью - не хочу умирать...
Я и правда не хочу умирать. Сижу вот сейчас осторожно и боюсь шевелиться, потому что когда делаю глуюоий вдох - опять эта боль...
Пару недель назад я переходила дорогу и мне показалось, что меня сейчас собьет машина. В тот же день сказала Маринке, что подумываю написать завещание. Глупо наверно - у меня имущества-то никакого. Но все равно. Меня волнует кто будет после моей смерти читать мои книжки, слушать мои диски, носить мои украшения и одежду. И самое главное - кто позаботится о моих рукописях и архивах? Ответ один - Маринка. И конечно частично остальные мои девочки - Оля, Ира и Даша.
Девочки - если я умру, не оставляйте ничего, прошу вас. Я не хочу, чтобы мой архив оказался в руках родителей. Это не для них. Это для вас и всех остальных.
Я напишу завещание. Обязательно. И отдам Маринке. Так что если что - все в ваших руках.
Тьфу... Я с ума схожу, да?