(no subject)

Сладкощекий Малыш, с его блондинистыми до белизны волосами и нежной молочной кожей, пользуется в Италии феноменальным успехом. На улицах и в супермаркетах пожилые и не очень сеньоры останавливаются и начинают сюсюкать с ним на итальянском, на что я только улыбаюсь и киваю. Некоторым очень хочется его пощупать или погладить, но ковидные правила приличия давно приучили всех не трогать друг друга без надобности. Так что сеньоры только цокают языками и улыбаются из-под масок. А хозяйка нашего агритуризмо при встрече с Малышом каждый раз говорит что-то типа «Браво бамбино! Какой спокойный мальчик, il bambino perfetto!» А он только смотрит на всех своими огромными голубыми глазами и иногда улыбается улыбкой в 5 зубов, показывая ямочку на одной щеке и вызывая новую волну ахов и комплиментов.

Сегодня мы ездили гулять в городок Питильяно, словно растущий из туфовых скал. Делать в нем особо нечего – три паралелльных друг другу улицы, только на центральной из которых теснятся магазинчики для туристов, а на боковых нет ничего кроме веревок с сушащимся бельем и сидящих у порогов стариков и старушек.

Один такой старичок сидел на скамейке под огромным тенистым деревом рядом с памятником человеку с осликом. Старичок смотрел куда-то вверх и громко говорил с невидимым нам собеседником через открытую дверь балкона ближайшего дома. «Смотри – толкнула я Пухлю в бок – Этот старичок как будто сидит рядом с памятником самому себе! Такая же шляпа, такой же старенький, как тот человек с осликом». Пухля перевел взгляд со старичкам на памятник и обратно и захихикал. Старичок остался сидеть на скамейке, опираясь на тросточку, нарядный, в соломенной шляпе и подтяжках, а мы прошли подальше к городской стене.

Со стены открывался вид на леса и холмы вокруг и небольшой водопад. Пока мы фоткали все вокруг и болтали, вдруг оказалось, что старичок в шляпе потихоньку переместился в нашу сторону. Да не один! Медленно-медленно, коротенькими шажками старичок двигался вдоль городской стены вместе с такой же маленькой и очень суровой на вид старушкой в фиолетовом нарядном платье. Они шли, держась друг за друга, и переговаривались. Неподалеку, в тени все того же дерева сидел на мопеде завидной толщины дяденька в черной футболке и снимал променад старичка и старушки на старенькую видеокамеру. Зачем снимал? Почему старички такие нарядные? Что тут вообще происходит? Может у них свидание? Может у них годовщина какая-нибудь? Может они не виделись десятки лет, а тут он наконец нашел ее и пригласил погулять и решил запечатлеть знаменательную встречу на видео? Мысли проносились у меня голове, очень хотелось узнать, что происходит. Но тут парочка поравнялась с нами, Малыш посмотрел снизу вверх старичку в глаза и началось. Старичок остановился и начал что-то говорить, переводя взгляд с Малыша на Тина, державшего коляску. Разобрать что-то в потоке речи было невозможно. Но старичок чаще всего повторял одно слово – furbo! Я подошла поближе и сказала на английском, что мы, к сожалению, не понимаем итальянский.

- Italiano? – спросил старичок, заглядывая мне в лицо.
- Нет, простите, мы не итальянцы, мы из Голландии.
- Italiano? – повторил он.

И вдруг суровая старушка сердито буркнула, не глядя ни на кого: «Olanda». Мол, голлландцы они, дайте нам уже погулять спокойно, идите своей дорогой.

Но старичок не унимался и опять начал что-то говорить, показывая на Малыша и повторяя furbo, furbo!

- Furbo? – повторила за ним я – Ага, спасибо, я не знаю, что это, но наверное что-то хорошее.

И тогда суровая старушка снова забурчала что-то, обращаясь на этот раз к старичку, мол пошли уже гулять, зачем тебе эти чужестранцы проклятые. А затем опять посмотрела куда-то в сторону, не глядя на нас, и буркнула – Furbo. Intelligente. Furbo.

- Ааааа, интеллигенте, умный! – засмеялись мы и тогда старичок расплылся в улыбке. Мы поблагодарили его и пожелали хорошего дня, как умели. И пошли гулять дальше, повторяя итальянское словечко и улыбаясь Малышу, который продолжал безмятежно разглядывать все вокруг. Старичка мы потом еще дважды встретили, гуляя по улицам городка. Уже без сердитой старушки. Что это у них там было за свидание, мы уже не узнаем. Но настроение они нам задали на весь день чудеснейшее.

Мы приехали в этот городок слишком рано утром, в надежде нагуляться до начала жары и как раз к полудню зайти пообедать в один из многочисленных ресторанов с отличными отзывами, а потом уехать обратно в домик вздремнуть, а после часов 3 идти купаться. Но за час медленным шагом мы обошли весь городок вдоль и поперек, нафоткались с видами вокруг со всех ракурсов, а рестораны еще и не думали открываться. Мы съели по мороженке. Дважды посидели на каменных скамейках у церкви, приятно холодивших ноги и прочее. И решили ехать домой. По дороге остановились в каком-то придорожном кафе съесть по тарелке простецкой домашней пасты и ньокки (третья моя попытка понять, чем хороши ньокки, я сдаюсь, больше пробовать не буду). Очень уж голодные были.

А потом спали, читали, плескались, ужинали. Да не просто чем попало, а подаренными хозяйкой полосатыми кабачками и помидорками с базиликом, только что сорванными с грядки.

Ну а сейчас мои умненькие детки снова спят. Тин ползает по гуглокартам, составляя маршрут на завтра. А меня ждут арбуз и «Клара и солнце».