(no subject)

Что вы представите, когда услышите слово «композитор»? Я вот представлю некого абстрактного собирательного композитора. Он похож одновременно на Баха, Бетховена и Моцарта. У него копна седых волос и на носу круглые очки (ну да, вот такая поправка на современность).

Так вот голландский композитор Л. именно таков. Он живет в уютном доме на углу двух маленьких улочек в центре Амстердама. У него уверенный голос и отличное чувство юмора. Он написал музыку к паре десятков кинофильмов и десятку спектаклей. С ним легко и сложно одновременно. Он очень образован и полон идей. Сейчас он пишет оперу для постановки в одном московском театре. Откуда я все это знаю? Да потому что в данный момент я в некотором смысле на него работаю.

Но начнем по порядку.

Все началось прошлым летом, когда я встретила на Кинофоруме прекрасную фею-крестную, продюсера из Голландии по имени Клаудиа. Летом она написала, что у нее есть для меня дело. Я писала об этом, еще толком не зная, во что ввязываюсь. А ввязалась я в совершенно удивительную историю.

Один голландский писатель много лет прожил в России. Один из его романов рассказывает о эмигрантке из России, которая прожив 10 лет в Голландии, возвращается на родину. Композитор Л. прочитал этот роман и захотел написать по нему оперу. А оперу захотел поставить один московский театр. Либретто к опере взялась писать М. – драматург и киносценарист, с которой Л. уже давно работает в паре. Но оказалось, что либретто просто необходимо переводить на русский язык. И не просто так, а на хороший русский язык. На что и пожаловался однажды за чашечкой кофе композитор Л. своей давней подруге Клаудии. Как вы думаете, что сделала эта удивительная женщина? Вот-вот. Она сказала: «Кажется, я знаю, кто тебе нужен, дорогой Л.» А через несколько дней написала мне.

Сказать, что я удивилась и растерялась, значит ничего не сказать. «Дорогая Клаудиа!» - писала взволнованно я – «Это удивительно интересное предложение, но ведь мой голландский еще очень-очень далек от того, чтоб начинать работать переводчиком». «Не волнуйся, дорогая девочка» – отвечала фея-крестная – «Я уверенна, что ты справишься, ведь ты же сама пишешь и у тебя есть чувство языка». «Хм» - подумала я и сдалась.

Через день после ее письма мне позвонил композитор Л. Я страшно волновалась. Я боялась, что он начнет сразу же проверять мой голландский, я от страха забуду всё и опозорюсь, композитор разозлится и в итоге я подведу прекрасную Клаудиу. Но Л. начал говорить со мной на безупречном английском и сообщил, что небеглость моего голландского его совершенно не беспокоит. Ему гораздо важнее, как я сама пишу, и еще как мы поймем друг друга. Он поинтересовался моим образованием и увлечениями. Удовлетворенно хмыкнул, когда я неожиданно для самой себя упомянула об учебе в музыкальной школе и о пении в джазовом хоре. Затем он попросил прислать ему почитать мои сценарии на английском и даже на русском и пообещал через пару дней перезвонить.

Через несколько дней он сообщил, что мои сценарии прочитал он сам и его команда, и что им все понравилось, и что нам надо встретиться.

Вот почему в августе я отправилась в Амстердам и вот как я оказалась в его уютном домике в центре. Больше всего я боялась встречи с М. – она драматург, сценарист и даже режиссер. Мне с моим скромным голландским и сценариями короткометражек было страшно показываться ей. Но в реальности она оказалась очаровательной немолодой дамой с рыжими кудрями и унизанными кольцами руками. Взгляд у нее совершенно обезоруживающий и проникающий насквозь, я сразу почувствовала, что этой женщине я совершенно не смогу врать. При этом она полна какой-то невероятной нежности и заботы. И вдобавок еще и хохотушка. В общем, мы с ней сразу друг другу приглянулись. Кроме нее в команде оказалась Марина – незаменимая русская ассистентка Л., которая живет в Голландии уже двадцать лет, говорит на превосходном голландском и совсем не похожа на типичную эмигрантку. Марина красивая, успешная и какая-то очень европейская. Мне нравится, когда эмигранты именно такие – интегрированные в новую страну и не застывшие в прошлом.

Все вместе мы долго говорили о самой проекте и о музыке и писательстве в целом. Договорились до того, что прежде чем окончательно что-то решить мы проведем тест – они пришлют мне пробный кусок на перевод, я попробую с ним что-то сделать, а потом обе стороны решат, хотят ли они продолжать дальше. Ведь мне тоже нужно было понять, потяну я все это или нет, да и интересно ли мне вообще.

Так в сентябре я начала переводить либретто оперы. И могу сразу сказать – тестовое задание я выполнила на отлично, мой перевод и процесс работы над ним понравился всем, поэтому меня взяли в команду и теперь я работаю с ними вместе. Процесс кипит и бурлит. Со всеми тремя я разговариваю почти каждый день. Мы подолгу обсуждаем, советуемся и иногда даже спорим. В результате на данный момент у нас готов художественный перевод пролога и первого акта. Сегодня я начинаю работать над вторым актом. Помимо этого я сначала перевела, а теперь еще и переписываю целиком заново синопсис.

Как, спросит пытливый читатель, ты, Даша, после всего года изучения голландского посмела взяться за такую серьезную работу? Это ведь опера! Это ведь ответственность! А сама не знаю. Но тут сработало два фактора.
Во-первых, Л. и М. поставили задачу не пытаться делать точный перевод, а сделать хороший художественный текст. Никому не нужен подстрочник. Нужны хорошие диалоги и эмоциональные арии. Поэтому-то М. очень рада тому, что у меня есть образование и какой-никакой опыт сценариста. В плане драматургии мы хорошо друг друга чувствуем.

Во-вторых, у нас выработался определенный метод работы. Для начала важно уточнить, что текст либретто еще не дописан до конца, работа над ним продолжается каждый день, а это значит, что я работаю не с готовым произведением, которое нельзя менять, а участвую в живом творческом процессе. Иногда мои вопросы по развитию сюжета ставят М. в тупик. Иногда я нахожу какие-то косяки в сюжете или диалогах. Иногда я подсказываю ей, какие вещи по сюжету невозможны в российских реалиях. При этом я сама спрашиваю ее постоянно обо всем – она объясняет мне подтексты и смыслы, которые вкладывает в текст, она рассказывает мне о мотивации героев. В общем, процесс ужасно интересный, творческий и обоюдный.

При этом чисто технически я поступаю так. Сначала я читаю текст и выбираю все слова или конструкции, которых не знаю. Затем перевожу их сама с помощью словарей и Интернета, либо (в случаях с фразеологизмами или сильно разговорными фразами) с помощью Тина. Затем делаю очень точный подстрочник. После этого мы созваниваемся с М. и устраиваем читку. Она зачитывает мне текст на голландском, а я отмечаю для себя интонации, ритмы, оттенки. После этого я задаю вопросы, если такие уже успели появиться. Всякие «а что ты имела в виду вот тут?» и «а вот это ружье ты тут повесила, чтоб оно где выстрелило?» Наконец, я откладываю голландский текст совсем и только на основании подстрочника с комментариями пишу целиком заново русский текст, без оглядки на оригинал и четко помня про задачу сделать не перевод, а качественный художественный текст. Затем я сверяю все три – оригинал, подстрочник, художественный перевод. Затем еще пару дней я мучительно дорабатываю – переделываю, переписываю, беру паузу и смотрю свежим взглядом. И когда мне, наконец, все нравится, я отправляю все это Л., М. и Марине.

Что из всего этого получится? Сложно сказать. Но я получаю от процесса невероятное удовольствие. И страшно рада, что вообще попала в эту удивительную авантюру. Спасибо моей дорогой голландской фее-крестной.

Ах, да. Стишок про «гнать, держать, смотреть и видеть» понадобился мне как раз для либретто. В оригинале главную героиню замучили придирками к ее неидеальному голландскому языку и она в бешенстве поет арию, в которую вплетены фразы из детского стишка, который знают все голландцы и который помогает детям учиться правильно читать и произносить слоги. Я хотела найти аналог такого стишка в русском языке, чтобы он был узнаваем и чтобы наводил на воспоминания о школе и чтобы каждый, услышав его, мог сказать «это что-то про грамматику». По-моему задача выполнена, и опрос в жж это подтвердил. Так что спасибо, друзья!

Вот такими новостями я хотела похвастаться.