(no subject)
Jun. 26th, 2008 05:08 pmНам всем плохо.
Мы вместе, но все равно отдельно. Мы каждая сама по себе. Каждая одинока до тошноты, даже когда мы сидим за одним столом, пьем вино и смеемся.
Нам скоро тридцать. Не восемнадцать, не двадцать, даже уже не двадцать пять. Нам скоро тридцать. Наша жизнь изменилась и не всегда к лучшему. Надо привыкнуть.
Иногда мне хочется выть. Довольно часто. Но я понимаю, что это пафос и истерия, которых нельзя себе позволять, ведь мы же сильные. Поэтому я смеюсь и пью. Хули нам, мы же сильные. Ведь если скажешь "так хочется быть слабой", тебя засмеют и отшлепают воображаемой плеткой.
И иногда посреди улицы и в разгар рабочего дня вдруг становится четко ясно - ты совершенно один в совершенно пустом мире. Никого нет. Семьи, друзей, любви - ничего и никого нет. Это картинка, иллюзия. Да ты любишь, да ты любим. Но никогданикогданикогда никто не поймет тебя до конца. Ты обречен.
Ты начинаешь задыхаться и терять сознание. От ужаса. От боли. От этого сжигающего изнутри одиночества. Но снова реанимируешь самое себя воображаемыми электродами, которые всегда носишь в одном кармане с воображаемой плеткой.
И живешь.
Закрываешь глаза. Открываешь глаза. Дышишь.
Я люблю жизнь за то, что каждый день делаю какие-то совершенно банальные открытия и говорю совершенно банальные слова. Потому что жизнь заключается именно в том, чтобы находить самой ответы на все свои вопросы. Даже если их до тебя сотню раз нашел кто-то другой.
Мы вместе, но все равно отдельно. Мы каждая сама по себе. Каждая одинока до тошноты, даже когда мы сидим за одним столом, пьем вино и смеемся.
Нам скоро тридцать. Не восемнадцать, не двадцать, даже уже не двадцать пять. Нам скоро тридцать. Наша жизнь изменилась и не всегда к лучшему. Надо привыкнуть.
Иногда мне хочется выть. Довольно часто. Но я понимаю, что это пафос и истерия, которых нельзя себе позволять, ведь мы же сильные. Поэтому я смеюсь и пью. Хули нам, мы же сильные. Ведь если скажешь "так хочется быть слабой", тебя засмеют и отшлепают воображаемой плеткой.
И иногда посреди улицы и в разгар рабочего дня вдруг становится четко ясно - ты совершенно один в совершенно пустом мире. Никого нет. Семьи, друзей, любви - ничего и никого нет. Это картинка, иллюзия. Да ты любишь, да ты любим. Но никогданикогданикогда никто не поймет тебя до конца. Ты обречен.
Ты начинаешь задыхаться и терять сознание. От ужаса. От боли. От этого сжигающего изнутри одиночества. Но снова реанимируешь самое себя воображаемыми электродами, которые всегда носишь в одном кармане с воображаемой плеткой.
И живешь.
Закрываешь глаза. Открываешь глаза. Дышишь.
Я люблю жизнь за то, что каждый день делаю какие-то совершенно банальные открытия и говорю совершенно банальные слова. Потому что жизнь заключается именно в том, чтобы находить самой ответы на все свои вопросы. Даже если их до тебя сотню раз нашел кто-то другой.