(no subject)
Mar. 20th, 2022 10:19 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dashakasikВ субботу утром съездили с Тином и Малышом за покупками и продуктами. Я накупила воздушных шаров и гирлянд и отдала их своей подруге по книжному клубу, чтобы украсить дом к девочкиному дню рождения.
Днем в субботу была уборка района. Я, кажется, никогда не писала в жж, что Пухля уже второй год состоит в такой прекрасной инициативе – группа детей с нашей и соседней улицы раз в месяц ходит по району в ярких жилетках , с палками-хваталками и мусорными мешками и собирает мусор. Жилетки и палки выданы нам муниципалитетом. А за участие в этом всем организация, все это придумавшая, раз в год устраивает какое-нибудь мероприятие. Прошлой осенью мы так съездили в зоопарк бесплатно. А этой весной пойдем в кино.
Так вот уборки проводятся раз в месяц. С родителями детей у нас график дежурств, потому что компания детей 6-9 лет теряет интерес к уборке примерно за 10 минут и нужно подбадривать их и направлять. Так получилось, что я хожу на уборку уже третий месяц подряд. И в этот раз очень хотелось отказаться, но я, как часто это со мной бывает в последние недели, заставила себя идти и делать.
Идешь по улице, собираешь мусор и с одной стороны думаешь «нахрена это все, ничего не имеет больше смысла», а с другой говоришь себе – «Нельзя сдаваться, нельзя поддаваться этой тоске, надо жить, надо делать мир чуточку лучше, пусть и крошечными делами». Светило солнце и дети были такие радостные в этот раз, так тщательно подбирали вдоль дороги пустые стаканчики из-под кофе и окурки, что невозможно было унывать.
А вечером, отправив всех спать, я пекла торт для маленькой именинницы. С клубникой и черникой. Слушала в наушниках интервью Муратова, месила тесто, делала крем из сливочного сыра и сливок. Делаешь что-то руками и как-то становится не то чтобы легче, но менее тошно. Потом еще подумала и испекла порцию лимонных маффинов, на всякий случай.
Сегодня утром очень долго просыпалась и заставляла себя выбраться из кровати. Но как-то собралась и собрала сумку с тем, что надо было отвезти украинкам: вкусняшки книжки на русском для бабушки и потрепанные футбольные бутсы для Пухлиного нового друга.
Приехали в ним в гости (не в кэмпинг, а домой к подруге, праздновать решили у нее), а там – два стола со скатертями, миски с салатами и нарезками, во дворе жарятся шашлыки, вокруг бегают дети и собаки. Праздник!
Провела с Пухлей там полдня. Он сразу с мальчиками убежал играть и не расставался со своим новым другом ни на секунду. Старший, кажется, уже оттаял – играл с ними на равных, шутил и шалил. От этого на душе стало легче.
А я… Ох. Я слушала рассказ о том, как они убегали из Харькова (родители подруги) и Киева (сестра и подруга с детьми). Поверьте, хочется все это расслышать и забыть, но забыть будет невозможно. И смотреть на них, особенно на пожилых родителей, просто больно. И при этом несмотря на весь ужас и стресс папа подруги с завтрашнего дня собирается продолжать вести свои лекции онлайн, потому что он преподаватель в медицинском вузе и студентов даже на расстоянии и даже во время войны бросать не собирается.
Периодически они спрашивают или говорят что-нибудь про русских солдат или про то, что думают о войне в России. Очень тяжело на это отвечать. Но молчать нельзя.
И при этом они все периодически выныривают из всего этого ужаса и улыбаются или шутят, гладят собак и обнимают друг друга и детей. И для меня находят все время комплименты и добрые слова.
Когда я уже уходила, подруга спросила «Сколько я тебе должна?», имея в виду видимо за шары, гирлянды и торт. Я говорю: «За что? В смысле? Ты с ума сошла?» И она вдруг меня обняла и я чувствую, что сейчас зареву и целую ее в щеки и говорю «Ты мой друг, я тебя люблю, для чего вообще друзья нужны, если не для этого?»
Дома я почувствовала себя такой усталой, что уснула сидя в кресле в комнате у Малыша, пока он играл вокруг. Слышала сквозь сон его голос и ворчание, а проснуться никак не могла.
Вечером – книжный клуб. Обычно у меня по воскресенья два, но тот, что днем, с начала войны не функционирует вовсе, потому в нем почти все украинки. Только сегодня вот трое из них написали, что кажется готовы через пару недель снова начать читать. Значит будем читать. Я продолжаю считать, что если кому-то от этого хоть ненадолго становится легче, то надо продолжать. Надо.
Но иногда, скажу я вам, накрывает малодушное желание спрятаться в раковину и ничего больше не делать, жить своим маленьким семейным мирком и вообще ничего больше не делать, ни в какую помощь никому не ввязываться, ни с кем не контактировать, потому что это все ужасно-ужасно тяжело. Но малодушные эти мысли я быстро гоню прочь. Потому что надо оставаться человеком.
Это все – огромное испытание на человечность. И проявляется оно в неожиданных мелочах. В том, как я отвечаю на сообщения, когда на самом деле хочется не отвечать, а орать. В том, как я пишу комментарии, когда на самом деле хочется забанить, а не говорить. В том, как я говорю с людьми по телефону, слушаю их размышления, попытки объяснить происходящее, но не ору в ответ, что нет смысла объяснять то, что нельзя оправдать, не ору, а слушаю и отвечаю.
Надо продолжать говорить друг с другом.
Надо понимать, что все мы проживаем эту катастрофу по-разному.
Надо позволять людьми испытывать боль иначе, чем испытываю ее я.
Надо оставаться людьми. Потому что нелюдей сейчас оказалось слишком много. Но мы не должны позволить им себя сожрать.
Любовь важнее и сильнее.
«Ты мой друг и я тебя люблю». Это мой главный девиз сейчас.
Днем в субботу была уборка района. Я, кажется, никогда не писала в жж, что Пухля уже второй год состоит в такой прекрасной инициативе – группа детей с нашей и соседней улицы раз в месяц ходит по району в ярких жилетках , с палками-хваталками и мусорными мешками и собирает мусор. Жилетки и палки выданы нам муниципалитетом. А за участие в этом всем организация, все это придумавшая, раз в год устраивает какое-нибудь мероприятие. Прошлой осенью мы так съездили в зоопарк бесплатно. А этой весной пойдем в кино.
Так вот уборки проводятся раз в месяц. С родителями детей у нас график дежурств, потому что компания детей 6-9 лет теряет интерес к уборке примерно за 10 минут и нужно подбадривать их и направлять. Так получилось, что я хожу на уборку уже третий месяц подряд. И в этот раз очень хотелось отказаться, но я, как часто это со мной бывает в последние недели, заставила себя идти и делать.
Идешь по улице, собираешь мусор и с одной стороны думаешь «нахрена это все, ничего не имеет больше смысла», а с другой говоришь себе – «Нельзя сдаваться, нельзя поддаваться этой тоске, надо жить, надо делать мир чуточку лучше, пусть и крошечными делами». Светило солнце и дети были такие радостные в этот раз, так тщательно подбирали вдоль дороги пустые стаканчики из-под кофе и окурки, что невозможно было унывать.
А вечером, отправив всех спать, я пекла торт для маленькой именинницы. С клубникой и черникой. Слушала в наушниках интервью Муратова, месила тесто, делала крем из сливочного сыра и сливок. Делаешь что-то руками и как-то становится не то чтобы легче, но менее тошно. Потом еще подумала и испекла порцию лимонных маффинов, на всякий случай.
Сегодня утром очень долго просыпалась и заставляла себя выбраться из кровати. Но как-то собралась и собрала сумку с тем, что надо было отвезти украинкам: вкусняшки книжки на русском для бабушки и потрепанные футбольные бутсы для Пухлиного нового друга.
Приехали в ним в гости (не в кэмпинг, а домой к подруге, праздновать решили у нее), а там – два стола со скатертями, миски с салатами и нарезками, во дворе жарятся шашлыки, вокруг бегают дети и собаки. Праздник!
Провела с Пухлей там полдня. Он сразу с мальчиками убежал играть и не расставался со своим новым другом ни на секунду. Старший, кажется, уже оттаял – играл с ними на равных, шутил и шалил. От этого на душе стало легче.
А я… Ох. Я слушала рассказ о том, как они убегали из Харькова (родители подруги) и Киева (сестра и подруга с детьми). Поверьте, хочется все это расслышать и забыть, но забыть будет невозможно. И смотреть на них, особенно на пожилых родителей, просто больно. И при этом несмотря на весь ужас и стресс папа подруги с завтрашнего дня собирается продолжать вести свои лекции онлайн, потому что он преподаватель в медицинском вузе и студентов даже на расстоянии и даже во время войны бросать не собирается.
Периодически они спрашивают или говорят что-нибудь про русских солдат или про то, что думают о войне в России. Очень тяжело на это отвечать. Но молчать нельзя.
И при этом они все периодически выныривают из всего этого ужаса и улыбаются или шутят, гладят собак и обнимают друг друга и детей. И для меня находят все время комплименты и добрые слова.
Когда я уже уходила, подруга спросила «Сколько я тебе должна?», имея в виду видимо за шары, гирлянды и торт. Я говорю: «За что? В смысле? Ты с ума сошла?» И она вдруг меня обняла и я чувствую, что сейчас зареву и целую ее в щеки и говорю «Ты мой друг, я тебя люблю, для чего вообще друзья нужны, если не для этого?»
Дома я почувствовала себя такой усталой, что уснула сидя в кресле в комнате у Малыша, пока он играл вокруг. Слышала сквозь сон его голос и ворчание, а проснуться никак не могла.
Вечером – книжный клуб. Обычно у меня по воскресенья два, но тот, что днем, с начала войны не функционирует вовсе, потому в нем почти все украинки. Только сегодня вот трое из них написали, что кажется готовы через пару недель снова начать читать. Значит будем читать. Я продолжаю считать, что если кому-то от этого хоть ненадолго становится легче, то надо продолжать. Надо.
Но иногда, скажу я вам, накрывает малодушное желание спрятаться в раковину и ничего больше не делать, жить своим маленьким семейным мирком и вообще ничего больше не делать, ни в какую помощь никому не ввязываться, ни с кем не контактировать, потому что это все ужасно-ужасно тяжело. Но малодушные эти мысли я быстро гоню прочь. Потому что надо оставаться человеком.
Это все – огромное испытание на человечность. И проявляется оно в неожиданных мелочах. В том, как я отвечаю на сообщения, когда на самом деле хочется не отвечать, а орать. В том, как я пишу комментарии, когда на самом деле хочется забанить, а не говорить. В том, как я говорю с людьми по телефону, слушаю их размышления, попытки объяснить происходящее, но не ору в ответ, что нет смысла объяснять то, что нельзя оправдать, не ору, а слушаю и отвечаю.
Надо продолжать говорить друг с другом.
Надо понимать, что все мы проживаем эту катастрофу по-разному.
Надо позволять людьми испытывать боль иначе, чем испытываю ее я.
Надо оставаться людьми. Потому что нелюдей сейчас оказалось слишком много. Но мы не должны позволить им себя сожрать.
Любовь важнее и сильнее.
«Ты мой друг и я тебя люблю». Это мой главный девиз сейчас.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2022-03-20 11:51 pm (UTC)no subject
Date: 2022-03-21 08:17 pm (UTC)no subject
Date: 2022-03-21 05:47 am (UTC)no subject
Date: 2022-03-21 07:49 am (UTC)Ох, ну а как иначе, а? Зря мы жизнь живём что ли? Должна же быть какая-то польза
no subject
Date: 2022-03-21 06:19 am (UTC)Ведь и правда порой можно скатиться в гавканье, в пропасть агрессивных плевков друг в друга. И очень-очень сложно вести диалог. А ведь ты права, каждый такой достойный диалог - поступок и маленькая победа человека над зверем.
no subject
Date: 2022-03-21 08:16 pm (UTC)no subject
Date: 2022-03-21 07:46 am (UTC)no subject
Date: 2022-03-21 07:48 am (UTC)Не за что, правда!
Обнимаю вас!