(no subject)
May. 24th, 2007 08:00 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dashakasikЯ уже 1,5 недели как уехала из Питера и писать о нем вроде бы странно, но я обещала одной девочке-красавице написать про последние дни там. А обещания я стараюсь держать.
Суббота 12 мая.
Дело в том, что моя мама мечтает, чтобы я похудела. Она сама у меня очень стройная, изящная, что правда не удивительно для хореографа. Я же для нее являюсь немым, но весьма наглядным укором ее самолюбию. Когда я начала стремительно полнеть, ее уговоры доходили до скандалов. А все потому, что она верит во всякие таблетки и травки для похудения, кодирования, волшебные штаны и пояса и массажеры, дыхательные методики и прочую дрянь. Особенно в таблетки. Какими только она не пыталась меня пичкать. И мне стоило огромных трудов объяснить, что я категорически не стану принимать все это дерьмо. Пробовала достаточно. Спасибо, больше не хочу.
Последние пару лет мама немножко успокоилась. По крайней мере разговоры о похудении перестали выливаться в ссоры. Теперь это просто разговоры с протяжными вздохами, закатыванием глаз и заунывными пророчествами о моем беспросветном будущем. Раздражает ужасно.
И вот за два дня до отъезда мама начала меня умолять – «Поехали в Кронштадт!»
Спрашивается при чем тут Кронштадт?
А при том. Мамина подруга № 1 нашла там какого-то волшебного доктора, который кодирует от всякого, и закодировалась от курения и не курит три месяца. Мамина подруга № 2 тоже к нему поехала и закодировалась от алкоголя и не пьет 2 месяца. Пришел и мой черед, потому что волшебный, сцуко, доктор кодирует и от полноты.
Подругу № 1 доктор кодировал иглоукалыванием. В ухо.
Услышав это я сразу сказала, что ни за что в жизни не пойду к этому чудо-нах-доктору.
Но маме удалось каким-то магическим образом усыпить мою бдительность, мол он не только иголками лечит, а еще и внушением, так что может меня иголками не тронут, так что надо ехать.
«Мама я не верю во все эти вещи. А когда человек не верит, ему не поможет. Твои подруги просто легко поддаются любому внушению и самовнушению. А я не верю. Мне это как мертвому припарка будет»
Но мама делала такие грустные умоляющие глаза, как котик из Шрека, что я сдалась.
«Ладно – сказала я себе – ну ничего же страшного, если я просто послушаю, как этот эскулап будет вешать мне лапшу на уши, зато маме будет спокойней».
Поэтому в субботу днем мы поехали в Кронштадт.
В Кронштадте я не была ни разу в жизни. Только теперь понимаю, какое это упущение.
Ехать по трассе за город, привычной дорогой к даче, которой мы лишились несколько лет назад, довольно грустно. Но зато просто очень весело ехать вместе с мамой в ее колымаге и болтать о девчачьем.
А потом вдруг море. Финский залив, конечно, не очень-то тянет на настоящее море, но для меня это все равно море.
И я смотрю из окна машины на волны и покрытые соснами берега и бормочу масяниным голосом «Море.. У нас ведь есть настоящее море!..»
Я обожаю море. Мне хорошо живется только там, где есть открытое море. Реки и озера это совсем не то. Озера я вообще сильно не люблю. А море – совсем другое дело. Даже не могу объяснить почему. Что-то убийственно волшебное есть в морской стихии, от чего замирает дух.
А потом сам Кронштадт.
Вот это был сюрприз... Я и понятия не имела, что там так красиво!
Вроде бы такой маленький городок, но с такой странной и завораживающей атмосферой. Очень красивая архитектура. Канал возле собора с маленькими мостиками. И сам Морской собор, в самое нутро которого мы не попали, но даже увиденные огромные резные деревянные двери и нереставрированный потолок нереальной красоты при входе поразили меня.
Мы приехали за час раньше назначенного времени. Немножко поплутали в поисках нужного здания. Зато обе с восхищением поглазели на город. Нужное здание оказалось совсем рядом с собором. Старинный дом, принадлежащий кадетскому корпусу. Холл с полукруглой лестницей, спускающейся с двух сторон. В холле стены выкрашены в грязный желтый и фиолетовый. На высоких пыльных окнах стоят огромные гильзы из-под снарядов. Эхо. И на стене гравюра какого-то корабля под разбитым стеклом. Странное до нельзя место.
Навстречу вышла бабулька в трениках. «Вы к доктору?» «Кажется да» - сказала я. «Вы от похудания?» - спросила она. «Ээ.. типа того» - ответила я, удивившись построению фразы. Никакое похудание меня никуда не посылало, чтоб я была от него. Я вообще не очень понимаю, для чего я тут. «Рано еще, идите к оврагу погуляйте!» - махнула в сторону бабулька.
Мы с мамой пошли вдоль здания. Только вместо оврага нас ждал очередной сюрприз. Не знаю как описать правильно. В огромной яме на самом дне ровным прямоугольником пестрил бликами темный пруд. Сколны ямы в самом низу выложены камнем, а вверх уходят заросшей зеленью горкой. И с обеих сторон вниз спускаются длиные лестницы. А на дальнем углу какой-то мрачный полуразрушенный бастион. И на деревьях еще нет листвы, и лучи солнца спешат сквозь ветви, превращая их в паутинку, и ветер с моря. И мама жмурится на солнце и дивится открывшейся нам картине. Это был настоящий взрыв для восприятия.
Мы прошлись еще немножко и вернулись в жуткий дом доктора.
Он был еще занят. «У него там группа еще» - сказала бабулька. «То есть? – удивилась я – меня еще и в толпе каких-то посторонних людей принимать будут? Что за фигня?». Мама посмотрела так обиженно, что я решила заткнуться. В конце концов мне уезжать на следующий день, ну пусть ей будет приятно.
Где-то через полчаса вышел доктор. С первой секунды я поняла, что пришел пиздец.
Он встал на верху лестницы, перегнувший с балкончика, и что-то крикнул. Нелепая акустика жуткого дома сглотнула его слова. «Ну иди» - сказала мама. «Ты что не пойдешь со мной?» - вдруг, как маленькая, испугалась я. «Ну, Донь» - укоризненно сказала мама. Я насупилась и пошла вверх по лестнице. Сверху на меня Франкенштейном смотрел доктор.
Доктору на вид лет 55. У него на голове прическа такой формы, как у Элвиса, только из пружинистых седых кудряшек, а-ля взрыв на макаронной фабрике. И у доктора оказался жуткий дефект дикции. «Ну фто? Худеть хочешь?» - гнусаво сказал он. Первая реакция всегда подсознательная, не успев даже подумать я сказала спокойно «Нет». «Ф фмыфле?» - удивился доктор. «Ну мама хочет, чтоб я похудела. А я не знаю хочу или нет».
Если б после этой фразы доктор повел себя нормально, возможно все кончилось бы так, как хотела мама. Но доктор усмехнулся и сказал: «На тебя хоть муфыки внимание-то обрафяют на такую-то?»
Эээ... Алё? Мне показалось или вы мне хамите? Чувство такта, не? «Обращают» - ледяным голосом сказала я, начиная закипать изнутри.
«Пофли» - подтолкнул он меня в спину.
«Блять, какого???» - подумала я, но вошла в кабинет.
Вы представляете как выглядит кабинет врача? Так вот там ничего общего. Больше всего это походило на кабинет отдела кадров в заштатном НИИ. Разваливающаяся мебель, какие-то картинки на стенах, много цветов, пыльные шкафы. Вдоль стены стоял длиный стол с какими-то ржавыми приборами и возле него ряд стульев лицом к столу. Я живо представила, что именно тут, уткнувшись в ржавые приборы в ряд сидят группы пациентов.
«Фадифь» - сказал доктор и ткнул меня на крайний стул. Я поставила сумку и сняла плащ.
«Муф, дети ефть?»
«Это имеет отношение к делу?» - спросила я.
«Да откуда у тебя муф» - хихикнул он - «Офки снимай» - потянулся он руками к моим очкам.
Я отстранилась и ничего не стала снимать. Честно говоря, я впала от всего этого в ступор. Театр абсурда какой-то.
«Фейфаф иголофки пофтавим» - начал приговаривать он, шебурша чем-то на столе. «Я ф Тибете уфился, ффе вафные тофки на уфах фнаю, фрафу быфтро похудеефь!»
Точки? На ушах? У меня началась паника.
«Какие еще иголки? Я не хочу иголки!»
«Та это саффем не больно! Я хорофо фделаю! Ну дафай» - повернулся он ко мне и я увидела, чем он там на столе шебуршал.
На столе лежали иголки. В БАНКЕ. ИЗ-ПОД МАЙОНЕЗА.
Я встала. Взяла сумку и надела плащ. Доктор смотрел на меня с удивлением.
«Спасибо. До свидания» - сказала я. И пошла к двери.
«Ты фто? Тщокнутая фто ли?» - завопил доктор – «Куда пофла-то?»
«Домой» - спокойно ответила я – «Я не хочу никаких иголок»
«Ну и иди – еще больше повысив голос крикнул он – Так и ходи фтрафная, ферез пять лет фаффем рафпухнешь!»
Я не стала ничего отвечать и закрыла за собой дверь.
По лестнице я сбежала бегом.
«Что такое?» - кинулась ко мне мама.
«Я не пойду. Мам, поехали домой».
«Как домой? Ты что? Доня???» - мама не понимала, что происходит.
«Мама, я не буду ничего делать. Омерзительный мужик. Он мне нахамил. И он собрался ставить мне в ухо иголки. Которые лежат у него непонятно в чем. Он шарлатан какой-то. Я не буду тут ничего делать. Мы едем домой».
Я взяла маму за руку и потащила на улицу.
Мы сели в машину. Молча. И тут мама начала злиться.
Она вроде и не говорила ничего, но я поняла только по тому, как она дышит, что злится она ужасно.
Всю дорогу до дома я пыталась ей объяснить. Я боюсь иголок. Для меня обычный укол-то почти трагедия. Тем более не могу даже на секунду представить, как их втыкают мне в ухо. И тем более иголки, которые лежат в непонятной жидкости в майонезной баночке. Неизвестно, где они были до этого и в кого ими тыкали. Если б мне иголки предложили в нормальной больнице, я б еще подумала. Если б настоящий врач, с дипломом и практикой. А тут черти кто, а не врач. И к тому же настоящий врач для начала поинтересовался общим состоянием моего здоровья, чем тыкать иголками. Даже я знаю, что в ухе действительно много ответственных за разные органы точек, тут же осторожней надо, вдруг противопоказания. И настоящий врач не стал бы ТАК со мной разговаривать. Это ж не терапевт в районной клинике. Он за свои магические услуги деньги берет. А если я плачу деньги, значит будьте любезны со мной нормально обращаться. Хамство я могу и за бесплатно получить, если вдруг понадобится. Мерзкий дядька обычный шарлатан. Кому-то его пытки может и помогают, но я так просто
н е х о ч у!
Мама была непреклонна. «Подругам тоже иголки ставили. И ничего. Никто еще не умер. Только ты неженка. А тот кто хочет похудеть, говно бы стал есть, а уж каких-то иголок точно не испугался б!»
У меня кончились слова. Мне казалось я говорю очень логичные и правильные вещи. Но мама все равно была уверенна только в своей правоте.
Какое-то время мы ехали совершенно молча.
Маме было жалко потраченного на долгую поездку дня. И потраченных нервов. И ей казалось, что я нерешительная эгоистка.
А мне казалось, что я абсолютно нормальный здравомыслящий человек, избежавший чего-то очень нехорошего.
Уже на въезде в Питер мама наконец-то перестала дуться. Для этого мне пришлось десять раз повторить все свои аргументы и двадцать раз извиниться.
Правда она до сих пор в телефонных разговорах корит меня за тот побег.
А я теперь рассказываю эту историю подругам со смехом, хотя в тот момент я конечно была жутко напугана.
Правда утешаю себя тем, что зато замечательная, по-моему, история получилась.
Суббота 12 мая.
Дело в том, что моя мама мечтает, чтобы я похудела. Она сама у меня очень стройная, изящная, что правда не удивительно для хореографа. Я же для нее являюсь немым, но весьма наглядным укором ее самолюбию. Когда я начала стремительно полнеть, ее уговоры доходили до скандалов. А все потому, что она верит во всякие таблетки и травки для похудения, кодирования, волшебные штаны и пояса и массажеры, дыхательные методики и прочую дрянь. Особенно в таблетки. Какими только она не пыталась меня пичкать. И мне стоило огромных трудов объяснить, что я категорически не стану принимать все это дерьмо. Пробовала достаточно. Спасибо, больше не хочу.
Последние пару лет мама немножко успокоилась. По крайней мере разговоры о похудении перестали выливаться в ссоры. Теперь это просто разговоры с протяжными вздохами, закатыванием глаз и заунывными пророчествами о моем беспросветном будущем. Раздражает ужасно.
И вот за два дня до отъезда мама начала меня умолять – «Поехали в Кронштадт!»
Спрашивается при чем тут Кронштадт?
А при том. Мамина подруга № 1 нашла там какого-то волшебного доктора, который кодирует от всякого, и закодировалась от курения и не курит три месяца. Мамина подруга № 2 тоже к нему поехала и закодировалась от алкоголя и не пьет 2 месяца. Пришел и мой черед, потому что волшебный, сцуко, доктор кодирует и от полноты.
Подругу № 1 доктор кодировал иглоукалыванием. В ухо.
Услышав это я сразу сказала, что ни за что в жизни не пойду к этому чудо-нах-доктору.
Но маме удалось каким-то магическим образом усыпить мою бдительность, мол он не только иголками лечит, а еще и внушением, так что может меня иголками не тронут, так что надо ехать.
«Мама я не верю во все эти вещи. А когда человек не верит, ему не поможет. Твои подруги просто легко поддаются любому внушению и самовнушению. А я не верю. Мне это как мертвому припарка будет»
Но мама делала такие грустные умоляющие глаза, как котик из Шрека, что я сдалась.
«Ладно – сказала я себе – ну ничего же страшного, если я просто послушаю, как этот эскулап будет вешать мне лапшу на уши, зато маме будет спокойней».
Поэтому в субботу днем мы поехали в Кронштадт.
В Кронштадте я не была ни разу в жизни. Только теперь понимаю, какое это упущение.
Ехать по трассе за город, привычной дорогой к даче, которой мы лишились несколько лет назад, довольно грустно. Но зато просто очень весело ехать вместе с мамой в ее колымаге и болтать о девчачьем.
А потом вдруг море. Финский залив, конечно, не очень-то тянет на настоящее море, но для меня это все равно море.
И я смотрю из окна машины на волны и покрытые соснами берега и бормочу масяниным голосом «Море.. У нас ведь есть настоящее море!..»
Я обожаю море. Мне хорошо живется только там, где есть открытое море. Реки и озера это совсем не то. Озера я вообще сильно не люблю. А море – совсем другое дело. Даже не могу объяснить почему. Что-то убийственно волшебное есть в морской стихии, от чего замирает дух.
А потом сам Кронштадт.
Вот это был сюрприз... Я и понятия не имела, что там так красиво!
Вроде бы такой маленький городок, но с такой странной и завораживающей атмосферой. Очень красивая архитектура. Канал возле собора с маленькими мостиками. И сам Морской собор, в самое нутро которого мы не попали, но даже увиденные огромные резные деревянные двери и нереставрированный потолок нереальной красоты при входе поразили меня.
Мы приехали за час раньше назначенного времени. Немножко поплутали в поисках нужного здания. Зато обе с восхищением поглазели на город. Нужное здание оказалось совсем рядом с собором. Старинный дом, принадлежащий кадетскому корпусу. Холл с полукруглой лестницей, спускающейся с двух сторон. В холле стены выкрашены в грязный желтый и фиолетовый. На высоких пыльных окнах стоят огромные гильзы из-под снарядов. Эхо. И на стене гравюра какого-то корабля под разбитым стеклом. Странное до нельзя место.
Навстречу вышла бабулька в трениках. «Вы к доктору?» «Кажется да» - сказала я. «Вы от похудания?» - спросила она. «Ээ.. типа того» - ответила я, удивившись построению фразы. Никакое похудание меня никуда не посылало, чтоб я была от него. Я вообще не очень понимаю, для чего я тут. «Рано еще, идите к оврагу погуляйте!» - махнула в сторону бабулька.
Мы с мамой пошли вдоль здания. Только вместо оврага нас ждал очередной сюрприз. Не знаю как описать правильно. В огромной яме на самом дне ровным прямоугольником пестрил бликами темный пруд. Сколны ямы в самом низу выложены камнем, а вверх уходят заросшей зеленью горкой. И с обеих сторон вниз спускаются длиные лестницы. А на дальнем углу какой-то мрачный полуразрушенный бастион. И на деревьях еще нет листвы, и лучи солнца спешат сквозь ветви, превращая их в паутинку, и ветер с моря. И мама жмурится на солнце и дивится открывшейся нам картине. Это был настоящий взрыв для восприятия.
Мы прошлись еще немножко и вернулись в жуткий дом доктора.
Он был еще занят. «У него там группа еще» - сказала бабулька. «То есть? – удивилась я – меня еще и в толпе каких-то посторонних людей принимать будут? Что за фигня?». Мама посмотрела так обиженно, что я решила заткнуться. В конце концов мне уезжать на следующий день, ну пусть ей будет приятно.
Где-то через полчаса вышел доктор. С первой секунды я поняла, что пришел пиздец.
Он встал на верху лестницы, перегнувший с балкончика, и что-то крикнул. Нелепая акустика жуткого дома сглотнула его слова. «Ну иди» - сказала мама. «Ты что не пойдешь со мной?» - вдруг, как маленькая, испугалась я. «Ну, Донь» - укоризненно сказала мама. Я насупилась и пошла вверх по лестнице. Сверху на меня Франкенштейном смотрел доктор.
Доктору на вид лет 55. У него на голове прическа такой формы, как у Элвиса, только из пружинистых седых кудряшек, а-ля взрыв на макаронной фабрике. И у доктора оказался жуткий дефект дикции. «Ну фто? Худеть хочешь?» - гнусаво сказал он. Первая реакция всегда подсознательная, не успев даже подумать я сказала спокойно «Нет». «Ф фмыфле?» - удивился доктор. «Ну мама хочет, чтоб я похудела. А я не знаю хочу или нет».
Если б после этой фразы доктор повел себя нормально, возможно все кончилось бы так, как хотела мама. Но доктор усмехнулся и сказал: «На тебя хоть муфыки внимание-то обрафяют на такую-то?»
Эээ... Алё? Мне показалось или вы мне хамите? Чувство такта, не? «Обращают» - ледяным голосом сказала я, начиная закипать изнутри.
«Пофли» - подтолкнул он меня в спину.
«Блять, какого???» - подумала я, но вошла в кабинет.
Вы представляете как выглядит кабинет врача? Так вот там ничего общего. Больше всего это походило на кабинет отдела кадров в заштатном НИИ. Разваливающаяся мебель, какие-то картинки на стенах, много цветов, пыльные шкафы. Вдоль стены стоял длиный стол с какими-то ржавыми приборами и возле него ряд стульев лицом к столу. Я живо представила, что именно тут, уткнувшись в ржавые приборы в ряд сидят группы пациентов.
«Фадифь» - сказал доктор и ткнул меня на крайний стул. Я поставила сумку и сняла плащ.
«Муф, дети ефть?»
«Это имеет отношение к делу?» - спросила я.
«Да откуда у тебя муф» - хихикнул он - «Офки снимай» - потянулся он руками к моим очкам.
Я отстранилась и ничего не стала снимать. Честно говоря, я впала от всего этого в ступор. Театр абсурда какой-то.
«Фейфаф иголофки пофтавим» - начал приговаривать он, шебурша чем-то на столе. «Я ф Тибете уфился, ффе вафные тофки на уфах фнаю, фрафу быфтро похудеефь!»
Точки? На ушах? У меня началась паника.
«Какие еще иголки? Я не хочу иголки!»
«Та это саффем не больно! Я хорофо фделаю! Ну дафай» - повернулся он ко мне и я увидела, чем он там на столе шебуршал.
На столе лежали иголки. В БАНКЕ. ИЗ-ПОД МАЙОНЕЗА.
Я встала. Взяла сумку и надела плащ. Доктор смотрел на меня с удивлением.
«Спасибо. До свидания» - сказала я. И пошла к двери.
«Ты фто? Тщокнутая фто ли?» - завопил доктор – «Куда пофла-то?»
«Домой» - спокойно ответила я – «Я не хочу никаких иголок»
«Ну и иди – еще больше повысив голос крикнул он – Так и ходи фтрафная, ферез пять лет фаффем рафпухнешь!»
Я не стала ничего отвечать и закрыла за собой дверь.
По лестнице я сбежала бегом.
«Что такое?» - кинулась ко мне мама.
«Я не пойду. Мам, поехали домой».
«Как домой? Ты что? Доня???» - мама не понимала, что происходит.
«Мама, я не буду ничего делать. Омерзительный мужик. Он мне нахамил. И он собрался ставить мне в ухо иголки. Которые лежат у него непонятно в чем. Он шарлатан какой-то. Я не буду тут ничего делать. Мы едем домой».
Я взяла маму за руку и потащила на улицу.
Мы сели в машину. Молча. И тут мама начала злиться.
Она вроде и не говорила ничего, но я поняла только по тому, как она дышит, что злится она ужасно.
Всю дорогу до дома я пыталась ей объяснить. Я боюсь иголок. Для меня обычный укол-то почти трагедия. Тем более не могу даже на секунду представить, как их втыкают мне в ухо. И тем более иголки, которые лежат в непонятной жидкости в майонезной баночке. Неизвестно, где они были до этого и в кого ими тыкали. Если б мне иголки предложили в нормальной больнице, я б еще подумала. Если б настоящий врач, с дипломом и практикой. А тут черти кто, а не врач. И к тому же настоящий врач для начала поинтересовался общим состоянием моего здоровья, чем тыкать иголками. Даже я знаю, что в ухе действительно много ответственных за разные органы точек, тут же осторожней надо, вдруг противопоказания. И настоящий врач не стал бы ТАК со мной разговаривать. Это ж не терапевт в районной клинике. Он за свои магические услуги деньги берет. А если я плачу деньги, значит будьте любезны со мной нормально обращаться. Хамство я могу и за бесплатно получить, если вдруг понадобится. Мерзкий дядька обычный шарлатан. Кому-то его пытки может и помогают, но я так просто
н е х о ч у!
Мама была непреклонна. «Подругам тоже иголки ставили. И ничего. Никто еще не умер. Только ты неженка. А тот кто хочет похудеть, говно бы стал есть, а уж каких-то иголок точно не испугался б!»
У меня кончились слова. Мне казалось я говорю очень логичные и правильные вещи. Но мама все равно была уверенна только в своей правоте.
Какое-то время мы ехали совершенно молча.
Маме было жалко потраченного на долгую поездку дня. И потраченных нервов. И ей казалось, что я нерешительная эгоистка.
А мне казалось, что я абсолютно нормальный здравомыслящий человек, избежавший чего-то очень нехорошего.
Уже на въезде в Питер мама наконец-то перестала дуться. Для этого мне пришлось десять раз повторить все свои аргументы и двадцать раз извиниться.
Правда она до сих пор в телефонных разговорах корит меня за тот побег.
А я теперь рассказываю эту историю подругам со смехом, хотя в тот момент я конечно была жутко напугана.
Правда утешаю себя тем, что зато замечательная, по-моему, история получилась.
