(no subject)
Oct. 16th, 2006 01:49 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dashakasikМне сегодня так грустно. Очень-очень. Я слушаю очень грустную музыку и пью молоко. Я не знаю, почему мне так грустно. Как если б я наелась мыла и внутри у меня были б мыльные пузыри – вроде мыльные пузыри это клево, но внутри от них довольно грустно.
Вместо того, чтобы думать о грустном, я лучше буду дальше рассказывать об отпуске. И пусть уже прошло больше недели, как я оттуда вернулась, и пусть у меня начал слазить мелкими шелушками мой красивый средиземноморский загар. Воспоминания об отпуске держат меня наплаву.
01 октября. Воскресенье.
Проснулись в 10. Точнее я проснулась. Первой. Я так редко просыпаюсь первой. А Маринка спит. Я ее попробовала разбудить, а она говорит «Я не могу встать». Ну я подумала, что ее так разморило, так разоспалась моя девочка, что вставать сил нет. Я ее трогать не стала, пожевала что-то на завтрак, мультики по телевизору посмотрела. А она все не просыпается. Я ее опять будить – а она глаза открыла совсем несонные и популярно мне объяснила, что встать она не может чисто физически – у нее шею заклинило.
Умолчим о том, как прошли первые попытки встать. Скажем только, что через какое-то время Марусику удалось занять вертикальное положение. Потихоньку она начала оживать и даже поела, не разгибая головы. И я даже кажется сгоняла в ближайший магаз за парой бутылочек Baccardi Breezer для поднятия настроения.
Отличная парочка – я кашляю, как кашалот, а Маринка шею разогнуть не может. Инвалидеги.
Мы еще маме моей снова позвонили, чтоб снова посоветоваться, чем лечить.
«Девочки… - осторожно спросила мама – а больше вы там ничего не подцепили случайно?»
«Не волнуйся мама, если ты о заболеваниях передающихся половым путем, то нет, не подцепили. Потому что Маринка говорит, что в этом городе нет половых путей!»
Когда я повесила трубку Маринка буркнула, что нам осталось заболеть только свинкой или коклюшем. А что, у нас уже имеется насморк, бронхит, сгоревшие части тела, порезанный в лохмотья палец, заклиненный шейный нерв – осталось только свинку для полного счастья.
Кое-как мы поползли на пляж.
На пляже поржали над компание саксончегов, которые посреди бела дня пили виски с колой и радовались жизни. Наши люди. А мы пили лимонный и апельсиновый лёд и читали британский Glamour. И мы даже купались вполне успешно, хотя это удивительно, учитывая физическое состояние обеих красоток.
Вечером погуляли скромно. Но тут настала моя очередь отличиться – я натерла ноги до невозможности. В какой-то момент я сказала: «А сейчас я продемонстрирую вам классическую походку тропической makakis vulgaris», широко расставила ноги и прошла пару шагов вперевалочку. «Вот так я теперь буду ходить всегда!» - резюмировала я. Но Маринка, чтоб не пугать общественность, разрешила мне взять такси, чтоб я не шагала так по улице. Мы доехали до отеля, крепко обнимая пакеты с вином. И больше ничего интересного. А что может быть интересного, когда у нас сплошной лазарет?
Выпили по чуть-чуть, посмотрели телевизор, замотали Маринкину шею шарфом и легли рано спать, потому что наутро нам предстояло снова ехать в Пальма-де-Майорку.
Вместо того, чтобы думать о грустном, я лучше буду дальше рассказывать об отпуске. И пусть уже прошло больше недели, как я оттуда вернулась, и пусть у меня начал слазить мелкими шелушками мой красивый средиземноморский загар. Воспоминания об отпуске держат меня наплаву.
01 октября. Воскресенье.
Проснулись в 10. Точнее я проснулась. Первой. Я так редко просыпаюсь первой. А Маринка спит. Я ее попробовала разбудить, а она говорит «Я не могу встать». Ну я подумала, что ее так разморило, так разоспалась моя девочка, что вставать сил нет. Я ее трогать не стала, пожевала что-то на завтрак, мультики по телевизору посмотрела. А она все не просыпается. Я ее опять будить – а она глаза открыла совсем несонные и популярно мне объяснила, что встать она не может чисто физически – у нее шею заклинило.
Умолчим о том, как прошли первые попытки встать. Скажем только, что через какое-то время Марусику удалось занять вертикальное положение. Потихоньку она начала оживать и даже поела, не разгибая головы. И я даже кажется сгоняла в ближайший магаз за парой бутылочек Baccardi Breezer для поднятия настроения.
Отличная парочка – я кашляю, как кашалот, а Маринка шею разогнуть не может. Инвалидеги.
Мы еще маме моей снова позвонили, чтоб снова посоветоваться, чем лечить.
«Девочки… - осторожно спросила мама – а больше вы там ничего не подцепили случайно?»
«Не волнуйся мама, если ты о заболеваниях передающихся половым путем, то нет, не подцепили. Потому что Маринка говорит, что в этом городе нет половых путей!»
Когда я повесила трубку Маринка буркнула, что нам осталось заболеть только свинкой или коклюшем. А что, у нас уже имеется насморк, бронхит, сгоревшие части тела, порезанный в лохмотья палец, заклиненный шейный нерв – осталось только свинку для полного счастья.
Кое-как мы поползли на пляж.
На пляже поржали над компание саксончегов, которые посреди бела дня пили виски с колой и радовались жизни. Наши люди. А мы пили лимонный и апельсиновый лёд и читали британский Glamour. И мы даже купались вполне успешно, хотя это удивительно, учитывая физическое состояние обеих красоток.
Вечером погуляли скромно. Но тут настала моя очередь отличиться – я натерла ноги до невозможности. В какой-то момент я сказала: «А сейчас я продемонстрирую вам классическую походку тропической makakis vulgaris», широко расставила ноги и прошла пару шагов вперевалочку. «Вот так я теперь буду ходить всегда!» - резюмировала я. Но Маринка, чтоб не пугать общественность, разрешила мне взять такси, чтоб я не шагала так по улице. Мы доехали до отеля, крепко обнимая пакеты с вином. И больше ничего интересного. А что может быть интересного, когда у нас сплошной лазарет?
Выпили по чуть-чуть, посмотрели телевизор, замотали Маринкину шею шарфом и легли рано спать, потому что наутро нам предстояло снова ехать в Пальма-де-Майорку.
