(no subject)

[dashakasik]

Пятница звала, манила, томила и обещала.
В пятницу вечером долгожданная новая встреча с тем, у кого взмах ресниц как вспышка сверхновой, бла-бла-бла и все такое, ну вы поняли, с Сережкой короче. Хотя ни хуя вы наверное не поняли, вообразили себе романтическую чушь, а мы тем временем друзья всего лишь. И вот в пятницу собрались мы побухать.
Сережка и еще человек 8 его друзей. А я скромно с Маринкой. Нас ваще никуда не звали, мы так – довесок..
Мы, девочки почти приличные, решили заявиться попозже, когда все деловые разговоры закончатся, лишние люди разойдутся и останется сплошной цвет и сок.
После работы я домой и переодеваться, а Маринка на тренировку, а потом тоже домой переодеваться. Через тернии к звездам нах.

В 10 вечера приезжаю в Seven Sky bar, а там - на тебе, Даша, пожалуйста, все как раз как я НЕ люблю – люди, шумно, музыка отвратная какая-то, тупые блондинки повсюду (о, как они звонят из туалета подружкам «Алё, Вава, ты щас упадешь! Мы сказали, что мы ресторанные критики и нам принесли столько всего! Предсталяешшшш...»). В таких местах и ситуациях меня тошнит. И когда садишься за большой стол к компании в которой только 3 человек и знаешь, да и те заняты беседой, и ты сидишь и тупо куришь и злишься на себя и думаешь «на хуя приехала»... Да, да, я привыкла быть звездою, а туда, где я не звезда, я просто не хожу обычно..
Потом приехала Маринка и стало легче. О, мой Чип-И-Дэйл в коралловых туфельках! С Маринкой можно и про работу пошептаться, и над блондинками посмеяться, да и присутствующих незаметно оглядеть, обозвать кого-нибудь про себя Стошей Говнозадом или Писей Камушкиным, посмеяться тихо друг дружке в плечи – защитное у нас это, конечно защитное, ну и совсем немного злобное, змеиное, женское. «Смотри-ка, а он и говорить умеет» - хорошо, что они заняты беседой и нас не слушают. «А мальчег про работу 24 часа в сутки говорит?» «Сейчас узнаю. Простите, что прервыю Ваш ненавязчивый светский пиздеж, а говорить о работе 24 часа в сутки обязательно?» Мне вежливо улыбаются, что-то еще, но разговор о работе продолжается. Касик тихо свирепеет, Маринка скучает. Наконец все разошлись и остались только Сережа и смешной Дениска с огромными глазами.
Ну че? Куда? Девочки хотят продолжения праздника. Девочки вообще хотят праздника. Девочки хотят танцевать или пить или все сразу. Еще по коктейльчику. Еще по Б-52, мальчикам сносит шифер с крыши, а у девочек только-только зашевелилось что-то в душе. Девочки алькогольные насквозь, только этого мы никому не скажем.
«Кашасу. Я хочу кашасу» - говорит Сережа, когда мы уже стоим на Невском, и дальше как в рекламе «маккона есть у меня дома». И мы мчим вчетвером, мы с Маринкой так и не выгуляли любимые туфельки, шофер ненавидит нас за шум и смех, а в воздухе незримо что-то усталое.

Чем меньше народу, тем легче. Ты наконец-то начинаешь слышать, и тебя начинают слышать. Ты наконец-то можешь улыбаться, смеяться, говорить и не чувствовать себя при этом тупым и дружелюбным приведением Каспером.

И вот мы с гостях у Сережки. Кашаса – это оказывается такая бразильская тростниковая крепкая хрень. Дениско прилежно мешает ее с сахаром, затем кажется лайм, лед и кола.
Вкусно. В темноте слушаем Леонарда Коэна. A thousand kisses deep.. Да, да, я знаю, что он это написал после 10 лет в буддийском монастыре.

А потом? Ну что потом? Разве можно вспомнить, почему мы вдруг начали делать шлемы из фольги, нацепили их на голову, а потом стали рассуждать о Мигицко и Боярском? Сережка удивительно быстро и грамотно въехал в тему и долго рассказывал нам о Мигицко. И даже маленький Дениско не тупил, а вполне смеялся вместе со всеми и иногда даже что-то комментировал.

*традиционное лирическое отступление – в какой-то момент, затянувшись сигареткой и глотнув ледяного напитка, Даша вспомнила, как лет в 13 она придумала себе идеального мужчину 24 лет с именем Денис, как писала о нем рассказы, он ездил на мотоцикле и был художником. Через пару лет на его место Даша придумала нового идеального мужчину, уже посерьезней. А в реальности и не встречала ни одного Дениса никогда. Не считая толстенького очкарика из Архангельска, да и тот утонул в Ботническом заливе пару лет назад. А те самые 24 года, которые я когда-то называла идеальным возрастом, стукнули недавно мне самой*

В общем слушали музыку (хо-хо, подростковая романтика), безостановочно жгли, пили, курили и часа в 4 утра наконец собрались спать.
Маринка завалилась на кровать поверх где-то между одеялом и пододеяльником. И тут Касика накрыло:
- Маринка... Христом Богом молю.. Вылези из пододеяльника...- задыхаясь от смеха.
А она только ругалсь и пиналась в ответ.

Уснули втроем на диване.
С утра надо было просыпаться и ехать на дачу в гости к Кате-larqui, но все, что я смогла сделать – набрать смску с извинениями и уснуть дальше. По слухам Сережка ходил вокруг меня кругами и сокрушался, как же можно вот так, как настоящий медведь, беспробудно и долго спать.

И не смешно вовсе.