(no subject)

Следующая неприятная новость прошлой недели — это мой разговор с начальником.

Дело обстоит так. Курсы, на которых я работаю, обычно идут до уровня B1. Но регулярно появляются студенты, которые спрашивают про B2. Курс B2, кстати, раньше существовал. Я сама когда-то на нём училась, пара моих приятельниц тоже. Потом, видимо, желающих стало меньше, и этот курс перестали проводить.

И вот последние пару лет, в том числе из-за того, что появилось много украинцев с высшим образованием, всё чаще от учеников звучит вопрос: «А куда дальше? B1 мы уже закончили, хотим теперь на B2». Я довольно долго лоббировала идею о том, что такие курсы нужно открыть. Сначала вся наша команда сопротивлялась, мол некому преподавать, да и студентов слишком мало и вообще мы колледж, а не универ, чтобы такой высокий уровень преподавать Но в какой-то момент, видимо, уже независимо от меня эта идея появилась ещё у кого-то, потому что начальник сказал мне: «Окей, наш коммерческий отдел тоже предлагает открыть такие курсы, но платные, только для самых мотивированных».

Потом прошло несколько месяцев. Люди начинали записываться. И какое-то время назад начальник говорит мне: «Так, у нас в одном городе записалось много людей и в другом тоже, надо как-то решать, где открывать курсы и кто их будет вести». Я смотрю на список и понимаю, что все, кто записались в моём городе — это мои бывшие студенты.

Причём не просто бывшие студенты, а те, с кем мы раньше обсуждали это напрямую: «Даша, если будет курс B2, мы пойдём только к вам, к другим не хотим». А также "если ваша школа такие курсы не откроет, то может вы в своей практике собственный курс начнете, мы готовы на любые условия". И я даже обсуждала такой вариант с начальником, что если вы не соберетесь вести такой курс, не будете ли вы против, если я в частном порядке начну. И он даже был не против. Он в общем-то всегда знал, что в списке ожидания в основном мои студенты и плюс несколько человек пришли вообще через меня — через мой книжный клуб, до этого на наших курсах они не занимались.

С самого начала я не скрывала, что я бы очень хотела вести эту группу B2. Мне это интересно, это профессиональный вызов, отличный челлендж. Я такую группу ещё никогда не вела, и мне правда хочется попробовать. Плюс, как мне кажется, все студенты меня знают и будут рады снова со мной работать.

Кто-то из коллег какое-то время побухтел в духе: «А что это они должны сами выбирать преподавателя? Кого дадут, к тому и пойдут». Но тут важно, что это коммерческий курс. Все остальные курсы, которые мы предлагаем, для студентов бесплатные. И тут я уже довольно резко выразилась на очередном педсовете и никто мне даже не возразил: если люди платят большие деньги за услугу, то они, скорее всего, хотят выбирать, кто именно будет эту услугу оказывать, а не просто идти куда попало.

В общем, две недели назад начальник сказал мне: «Окей, ты можешь брать эту группу. Давай выбирать подходящий день и смотреть, что у тебя с количеством доступных часов».

И вот тут начинается драматическая хрень...

(no subject)

Я работаю, как вы помните, парт-тайм. И работаю я в государственном секторе образования. Это означает, что у нас есть профсоюзы, есть зарплатные сетки, есть стандартизированное количество часов, которое тебе положено на контактные часы, на подготовку этих уроков, на профессиональное дополнительное образование и на прочие обязанности. Например, разработку материалов или ведение собеседований с потенциальными студентами, или всякие административные вещи типа планирования и составления расписания.

Когда меня брали, я переходила из статуса индивидуального предпринимателя в штат. И работать ИП мне нравилось как раз тем, что у меня не было ничего сверх контактных часов. Мои контактные часы и подготовка оплачивались полностью. Ни на какие педсоветы я ездить была не обязана. Но если вдруг ездила по договоренности с руководителем, то они мне тоже оплачивались. Я просто выставляла счета за все свои рабочие часы. Никто с этим ни разу не спорил, даже когда возникали какие-то неожиданные зум-совещания или созвоны с коллегами, то это все всегда оплачивалось.

В mbo полная ставка преподавателя - это, по-моему, 36 часов в неделю, умноженные на определённое количество недель в году, минус каникулы. В итоге получается фиксированное количество часов в год.

Если ты работаешь не на полную ставку, то, соответственно, делается перерасчёт: сколько у тебя контактных часов, сколько часов подготовки, сколько часов на прочие обязанности и так далее. Я почему-то была уверена, что всё это считается в какой-нибудь специальной программе и вообще где-то зафискировано на бумаге. Оказалось, что, по крайней мере у нас, в нашей команде, это считается просто в табличке Excel.

Мне была предложена прошлым летом ставка с примерно 12 часами в неделю (две вечерние группы плюс подготовка к ним, плюс педсоветы и прочее, плюс сколько-то часов должно было остаться про запас на административные задачи)

И вот, когда вдруг возник вопрос о группе B2 и том, есть ли у меня свободные часы чтобы ее вести, я была абсолютно уверена, что у меня есть где-то около 60 часов. А новая группа — это примерно 56 часов. То есть я думала: я как раз идеально в это вписываюсь, возьму новую группу на полгода и все.

Я даже немного надеялась, что вдруг свободных часов у меня не окажется. Тогда мне бы на эту дополнительную группу оплатят отдельно, либо, не знаю, это стало бы поводом повысить мне ставку.

В общем, я была наивным оптимистом...

И вот, как вы понимаете, я решила посмотреть в эту табличку: сколько же у меня на самом деле осталось неиспользованных часов. Ведь если у меня нет свободных часов, то, скорее всего, мне её просто не дадут. А если дадут, то тогда нужно поскорее договориться, чтобы эти часы мне добавили и оплачивали как сверхурочные.

Созваниваюсь с начальником. Обсуждаем с ним перспективы. Прошу его вместе со мной посмотреть на мои часы и он мне говорит: "Да нет, вот же у тебя около 150 часов еще доступных". Я зависаю и не знаю, что ответить. Обещаю подумать до конца недели, готова ли брать новую группу.

Потом сижу дома, смотрю в эту таблицу и думаю - откуда вообще у меня взялось столько неиспользованных часов, это же невозможно, мы же заранее с ним мои рабочие часы посчитали. Смотрю в таблицу и вдруг понимаю, что в ней что-то не так. Потому что общее количество моих часов в год в одной графе указано одно, а в другом — другое. А так быть не может: в одной и той же таблице цифры, которые должны совпадать, почему-то не совпадают.

Посидев несколько часов с экселем и калькулятором для верности я в итоге обнаружила, что в одном месте, в одной графе, была введена неправильная формула. Эта формула неверно пересчитывала мои часы подготовки. То есть она считала, по сути, фактическое количество часов, а должна была считать расчётное, теоретическое. И в итоге расчетные и реальные часы плыли и не сходились.

Сначала я нашла эту ошибку, а потом подумала: раз такое дело и всё везде выглядит странно, и эта одна неправильная формула, буквально в одной ячейке, тянет за собой кучу других расчётов, которые тоже не сходятся, то надо проверить вообще всё. Посмотрю-ка я и контракт свой заодно.

Открываю я свой контракт и вдруг понимаю, что вместо ставки 0,28, о которой мы договаривались и которая в той табличке расчета часов, у меня почему-то указана ставка 0,32. Не спрашивайте, почему я поняла это только сейчас. Я подписывала контракт в сентябре, читала его внимательно, но как-то проморгала эту цифру. Впрочем, мой начальник и отдел кадров тоже почему-то не заметили.

А это означает, что все расчёты, которые делались в той таблице исходя из ставки 0,28, вообще не имеют смысла. И что если ставка 0,32, то получается, что с сентября мне платят большую зарплату, чем мне положено, и при этом я работаю меньше часов, чем должна.

И если пересчитать все со ставкой, которая в контракте (а по закону именно контракт решает), то у меня и правда оказывается примерно сто пятьдесят с лишним неиспользованных часов. И плюс к этому выясняется, что мне всё это время платили зарплату, исходя из другой ставки и другого количества часов.

В общем, ситуация получается крайне неприятная.
Если менять контракт и делать перерасчёт всего, то у меня останется около 88 неиспользованных часов. В этом случае я смогу взять дополнительную группу B2, но тогда, скорее всего, логично будет, что переплату за прошедшие месяцы придётся вернуть.

Либо ничего не возвращать, но тогда мне нужно каким-то образом до конца учебного года «добрать» ещё сто пятьдесят с лишним часов.
Учитывая, что сейчас я работаю на школу около двенадцати часов в неделю (плюс еще столько же на себя и больше пока работать не планирую) и лишние сто пятьдесят часов, которые нужно чем-то заполнить — это, честно говоря, просто ужас.

Либо мне нужно брать ещё одну вечернюю группу и растягивать это, не знаю, на полгода. Либо мне должны придумать какую-то другую нагрузку — например, административную, — которую тоже нужно будет как-то впихнуть в мой жизненный график.

Всё это меня ужасно расстраивает. Я пока не вижу выхода, который был бы выгоден и мне, и работодателю.

Потому что единственный вариант, который выгоден мне — это чтобы мне прямо сейчас откорректировали контракт на ту ставку 0,28, о которой мы изначально договаривались и я тогда спокойно доработаю свои свободные часы в новой группе (и да, я тогда буду работать 5 вечеров в неделю, семья моя взвоет). И при этом чтобы с меня не требовали возвращать деньги, потому что это не моя ошибка, а ошибка HR и моего руководителя, которые неверно указали ставку в контракте.

Если бы я этого не заметила, всё это продолжалось бы ещё долгие месяцы. Поэтому, конечно, мне очень хочется, чтобы ситуация разрешилась как можно быстрее.

Как назло все это выяснилось буквально за два дня до начала школьных каникул, поэтому начальник мой успел только в последний рабочий день отреагировать сдержанным "как хорошо, что ты это заметила, но я ума не приложу, как так получилось и как нам теперь это решать, обсужу с HR после каникул".

Поэтому жду следующей недели и ужасно нервничаю.

(no subject)

Ну, просто чтобы разбавить все это нытье чем-то веселеньким.

Я сегодня проснулась и обнаружила рядом с собой на кровати палатку, поставленную моим младшим ребенком, потому что он хотел спать рядом со мной, но боялся спать просто так, потому что боялся каких-то монстров, которые на него подышат и он заболеет. Это он начитался вчера с папой какой-то голландской книжки про монстров перед сном.

В общем, в кровати стояла палатка, наполненная мягкими игрушками. Я решила разбираться с ней не в 6 утра, а когда-нибудь попозже. Продолжила спать. Ребенок меня периодически дергал, будил, просил включить ему мультики. Я, в общем, отмахивалась и как-то это все делала по возможности сквозь сон. Я согласна на все, чтобы поспать, пока собака не начала лаять и проситься на улицу. У меня даже уже несколько недель заведена новая привычка готовить Малышу завтрак с вечера и ставить его наверху возле кровати, потому что это сберегает мне большое количество нервов по утрам.

Затем я проснулась уже ближе к 8 или даже, наверное, к полдевятого от крика «На помощь! Наводнение!» Тут уже, конечно же, нельзя было проигнорировать, пришлось вставать, бежать. Прибегаю я в комнату Малыша и вижу следующую картину.

Возле раковины, а у него в комнате есть раковина, на стуле стоит абсолютно голый ребенок, а в раковине лежит, брызгая во все стороны, огромный желтый воздушный шар, наполненный водой.

Воздушный шар такого размера, что он блокирует всю раковину. Вода уже никуда не утекает, и все, что из горлышка воздушного шара плещет, попадает на шкаф, на лежащую на полу одежду Малыша, на мебель. И на вопрос, что происходит, Малыш сообщил, что он хотел сделать самую большую в мире водяную бомбочку, поэтому нашел самый большой воздушный шар, который в доме у нас вообще был, наполнил его водой (ледяной, как потом оказалось), а поднять не может. Снял одежду, чтобы не замочить. И вот поэтому стоит он такой красивый, голышом, с этим гигантским воздушным шариком...

У меня ушло минут 15, чтобы потихонечку этот шарик опустошить, потому что воды в него влезло дофига, она была очень холодная, и он заполнил собой всю раковину, то есть невозможно было его поднять или сдвинуть, приходилось по чуть-чуть сливать воду, чтобы она как-то уходила и при этом не забрызгивала всю спальню.

На этом приключения Эмиля из Леннеберги не закончились, потому что, когда я спустилась на первый этаж, то нашла, где именно он искал воздушный шарик. А искал он его в подсобке, в шкафу. В поисках подходящего шарика он достал из шкафа абсолютно все, что там было, так что примерно 10 квадратных метров пола были полностью покрыты свечками, шариками, упаковочной бумагой, одноразовой посудой, серпантином, конфетами, в общем, всем, что обычно хранится в этом шкафу.

Стало ясно, что нужно будет разобрать шкаф, выбросить ненужное, собрать нужное, разложить на места. И в процессе этого разбора я нашла старый баллончик пены для бритья, причем с давно истекшим сроком годности, которую я когда-то давным-давно купила, чтобы что-то мастерить с ребенком, то ли слайм, то ли еще что.

Ну, в общем, старшенький увидел и спросил "а для чего тебе столько пены для бритья?"
Я сказала: «Да вот, когда-то хотела с вами что-то поделать, поиграть». «Можно мне с ней поиграть?» — «Конечно, бери, пока я шкаф разбираю».

Пока я разбирала этот чертов шкаф, они смешали пену для бритья с тем же синеньким пищевым красителем, который я до сих пор почему-то не выбросила, но, видимо, пора уже выбросить. Намешали целую миску и измазались оба. С ног до головы. Да так, что стали похожи на смурфов. У младшего все его блондинистые волосы были нежно-голубого цвета, у старшего голубые разводы на лице и шее.

В общем, к тому моменту, когда я разобрала шкаф и обнаружила, в каком состоянии мои дети, у меня уже нервных клеток не осталось.

К счастью, они как-то сообразили, что в общем перешли сегодня все границы, поэтому довольно быстро сами все убрали, собрали палатку, помылись по очереди, помогли друг другу одеться и почистить зубы. И после этого я уже повела их в кино просто потому, что мне хотелось посидеть в темноте полтора часа и чтобы никто меня не трогал. Кино было так себе, но я хотя бы передохнула.