(no subject)

А теперь о горестном. Потому что нельзя не.

Мы стояли с мамой в каком-то коридорчике в торговом центре. В моем телефоне вдруг словился какой-то случайный вай-фай и почтовый ящик тут же обновился. Я прочитала письмо и не поверила.
Наташка, моя подруга из киношколы написала короткое письмо.

ОВ умерла.

ОВ – это Ольга Викторовна. Наш мастер по сценарному мастерству.

Я не поверила, правда.

Этого не могло быть. Потому что ОВ, ну она же вечная. Потому что мы собираемся у нее дома уже которое лето и обсуждаем творческие планы и сплетничаем и смеемся.

Я представляла, как мы будем так собираться каждый год. Всегда. И ОВ будет, может быть, красиво и незаметно стареть, а мы будем становится все лучше. И она будет радоваться нашим успехам. И гордиться. А нам, главное, будет чем ее порадовать – мы все вчетвером обязательно будем заниматься кино. Пусть не все будут сценаристами, но кино из нашей жизни никуда не денется. Уже же не девается. И мы уже даем ей повод для гордости.

Прошедшее время. Над привыкнуть говорить о ней в прошедшем времени.

Я не могла поверить письму. Я прочитала его, убрала телефон в сумку и пошла дальше. Тин сразу спросил, что случилось, а я выпалила ему, что умерла наша преподавательница и что этого не может быть, потому что… И на этом «потому что» у меня уже в горле стоял комок. Тин меня обнял и прижал к себе. А я потом пошла дальше рядом с ним, потому что говорить об ОВ мне больше в тот момент не хотелось.

Я не могла поверить, что она умерла.

Потому что в предыдущий вечер я получила от нее письмо. Она спрашивала, как я поживаю и как обстоят мои дела с обоими сценариями. И поздравляла с новым годом. И желала самых нужных и важных вещей про творчество и семью.
А в конце она написала «Увидимся в 2014!».

Не увидимся...

И я все тем же предыдущим вечером ответила ей. Накатала большое письмо. Пообещала в очередной раз прислать почитать синопсис текущего сценария (много месяцев не могла решиться отправить, боялась критики) и прислать посмотреть уже отснятый тизер, как только будет возможно. Рассказывала ей о планах. Поздравляла, конечно. И желала здоровья.

Она же мне написала! Вот, всего пару часов назад. Всего-то прошлым вечером. Как может быть, что ее больше нет???

Потом оказалось, что в тот вечер она написала всем нам, девчонкам из одной сценарной группы. Мы в переписке с девочками не раз повторили «как будто прощалась…».

Я пишу это сейчас и мне больно.

В моей жизни было не так много удивительных учителей, изменивших мою жизнь. Два с лишним года назад я проводила Эмму. А теперь вот ОВ.

Это невыносимо.
Больно и тяжело терять людей, которые изменили твою жизнь.

Ольга Викторовна была удивительно чуткой, чувствующей, с безупречным вкусом, и при этом ироничной, умеющей поддеть и заставить думать. Она очень любила кино и рассказывала о нем так, что хотелось слушать и слушать. Удивительный педагог и друг.

Мне понадобится еще какое-то время, чтобы привыкнуть к тому, что ее больше нет.