my girls

Когда я приехала из Питера, я думала, что больше всего я напишу про подруг. Про Маринку, Лелю и Асю. Про то, как я с тремя лучшими подругами провела три вечера и три ночи. Про то, как мы разговаривали, пока не засыпали, а потом еще немножко с утра, пока не надо было расходиться. Про то, как мне не хотелось прощаться.

Но теперь я сижу дома и ничего не могу написать.
Потому что оказалось вдруг, что все слишком важное и слишком личное. Потому что у всех у них, как и у меня, происходит что-то значительное, о чем не станешь вот так рассказывать кому-то еще.

Мы страшно позврослели. Все мы.
Оказалось, что это взросление - немножко грустное.
Потому что мы стали занимать меньше места в жизнях друг друга. И это нормально. Но к этому надо привыкнуть.
Потому что там где когда-то друг у друга были только мы и мы - теперь мужья, карьеры, дети, дома. И я думаю про это и понимаю, что так и должно быть, это нормальное течение жизни, и слава богу, что оно есть и что мы не оказались на каких-то разных этапах, а все потихоньку совпадаем в своих стремлениях, путях и даже заботах. Это делает нас еще похожее и ближе.

Но иногда мне немножко грустно. Потому что мы стали меньше дурачиться и беззаботничать. Потому что мы объективно меньше стали вместе смеяться. Потому что мы не влипаем больше в умопомрачительные истории, о которых можно потом вспоминать годами.

А потом я себя одергиваю. Как не стыдно тебе, Даша, грустить?

Да, мы повзрослели, да. Но разве ты не чувствуешь, какая теплота и надежность незаметно появилась в нашей дружбе? Времена ссор и обидок куда-то ушли. Все отношения давно выяснены. Все положения очень ясны. Вот есть я и есть три мои лучших подруги. И каждую из них я так сильно люблю, что не передать словами. И каждой из них я доверяю. И на каждую из них я могу положиться. А это, между прочим, важно. Мы научились принимать друг друга с потрохами такими как есть. Ну да, мы реже звоним друг другу и теперь совсем редко будем видеться. Но любовь никуда не делась.

Девочки, я вас очень люблю.