Многие радости, многие печали.

То ли я перепутала время, но на автобусной остановке, уезжая от Эммы, мне пришлось простоять минут около десяти. Все это время в окне первого этажа выходящем на дорогу торчала ее беспокойная голова и еще более беспокойные руки вскидывались вверх и махали мне оранжевым полотенцем. Я стояла и умоляла – автобус, миленький, приходи, пожалуйста поскорее, приходи, хороший мой, я ведь не могу, не могу, не могу уезжать от нее, не могу.

Только когда я вошла в автобус, купила билет, скинула рюкзак и сумку и села, только тогда у меня задрожали губы и полились слезы. Оранжевое полотенце все так же колыхалось в окне над Эмминой седой головой, а я водила ладонью по окну автобуса, зная, что она наверняка не увидит меня из-за стекла, но ведь будет, будет знать, что я смотрю на нее, что машу ей в ответ. Автобус отъехал, и я опустила глаза. Крупная блондиночка в коричневом пальто перехватила мой взгляд и сочувственно улыбнулась. Я слабо улыбнулась в ответ. Сколько раз я прощалась с людьми, сколько раз уезжала? С родными, друзьями, возлюбленными? Уезжала от стариков в Казахстане и думала каждый раз «больше не увижу» - когда приехала во второй раз, одной из бабушек уже не увидела, если соберусь в третий раз, то не будет еще одной и бог знает кого еще может не стать в любую минуту. Сколько ж боли в том, когда говоришь десятый раз подряд на пороге «ну, я поехала, ну, до свидания». Сколько боли, знали бы вы.

И когда я выхожу из автобуса на вокзале, я вдруг совершенно физически ощущаю, что мое сердце обратилось в кусок бетона, возможно даже с арматурой вместо артерий, и упало мне в ступни и будет лежать там, замедляя мой каждый шаг, не давай двигать этими чертовым ногами. Да, я знаю, пройдет совсем немного времени и сердце вернется на место, куда ж оно денется, вернется, как миленькое, заиграет, заискрит. Но пока… пока тяжело и печально.

 Господи, послушай, я редко чего прошу. Дай ей силы. Дай ей силы, чтобы ноги ходили, чтобы руки играли. Дай ей все, чего попросит, даже если не вслух. Береги ее, слышишь, береги. Потому что я, а что я? Я не знаю, давайте признаемся честно, я не знаю смогу ли еще приехать, найду ли время и денег, найду ли еще в себе сил, которые так нужны по необъясняемым посторонним людям и даже богу причинам. Так что ты береги ее. За меня, вместо меня.