(no subject)

Про Москву.

В Москве все страшно сигналят в пробках. Невозможно сидеть в центре на террасе кафе - начинаешь сходить с ума от звуков. Правда в Алма-ате, оказывается, сигналят еще хуже. Ну там темперамент, дело ясное.
В "Шоколаднице" у кинотеатра "Пушкинский" все почему-то говорят о кино, о съемках. Как будто всех их вырвали со съемочной площадки. "Это Алексей и Маша, а это Алёна, моя жена по сериалу" - представляет сотрапезников мужчина в кожаном. Женщина в лакированных туфлях на платформе цвета фуксии церемонно кивает, ее сериальный муж смеется вполне отчетвливым "гыгыгы".

А я сижу в этом кафе и пишу на оборотной стороне расписания электричек до Шереметьев. Ненавижу писать от руки. У меня вместо почерка отвратительные каракули, которые я сама с трудом разбираю. Я только что была в книжном магазине "Москва" на Тверской и разочаровалась количеством народу и теснотой. Я только что гуляла по Камергерскому переулку, по которому днем раньше мне рекомендовала пройтись шикарная женщина, светская львица и бизнес-леди, рассказывая за ужином про прелести столицы. Переулок мне не нравится, не сравнить с тихим и безумно красивым Соляным переулком, который мы с Маринкой недавно для себя открыли в Питере. Атмосфера тут везде какая-то не та. И в метро прямо между станциями продают шаверму - разве не нонсенс?

Нет, в этот раз Москва ужасна.. Возможно потому, что впервые я гуляю по Москве одна. Целых четыре дня, когда именно днем я все время одна, только и делаю, что гуляю и гуляю, но все как-то без толку. Все очень громко разговаривают, все какие-то не местные. Раньше я приезжала сюда только на пару дней побухать с друзьями. Впервые я гуляю. И мне не нравится. Надо же... А ведь я всегда говорила, что очень люблю Москву. Но что-то не так с людьми, звуками, запахами. Этот город меня пугает, и я понимаю, что никогда б не смогла тут жить.

(no subject)

В Москве мне довелось оказаться в одних гостях..
Я не стану рассказывать ничего личного о хозяйке. Просто расскажу о впечатлениях.

Я вдруг оказалась в доме, каких не видела даже в кино. Квартира в доме, в котором квартир всего 16. Квартира с видом на Храм Христа Спасителя. Рококо и барокко. Барокко и рококо. Стены фойе покрыты росписями, которые сделали не просто художники, а реставраторы из Эрмитажа. Хрустальные гигантские светильники повсюду. Мебель как будто вынесена прямо из Версаля. Роскошь в своем абсолютном виде - выдержанная, точная, убийственная. У каждого члена семьи своя гардеробная. В гардеробной старшей дочки, девчушки, которую я помню угловатым подростком и которая расцвела в пышногрудую шикарную блонду, обувь сплошь джимми чу и маноло бланик. Я мысленно съеживаюсь при виде этой обуви - одна пара стоимостью в половину моего месячного оклада. Я думаю о том, как нелепо я буду выглядеть и чувствовать себя в этом доме.

Мы ужинаем из красивой посуды тем, что приготовила домработница. Мы ужинаем в комнате размером с трехкомнатную квартиру в Купчино, в комнате, в которой устроен зимний сад. За зимним садом следит специально нанятый садовник. За столом кроме хорошо известных и вполне мне родных людей еще пара совсем для меня новых, ранее знакомых только заочно. Раз эти заочные родные моим родным, значит все в порядке - рассуждаю я. Но мне неуютно. Потому что хозяйка дома и ее дочки слишком шикарны. Потому что я слишком проста.

На мне рубашка из хлопка за 10 евро с финской распродажи, джинсы за 20 евро и туфли за 100 евро. Мне потребовалось полчаса, чтобы решиться купить эти туфли, потому что для меня это много. Психологически много. Я не люблю дорогие вещи, я их не понимаю. Я исповедую религию бедняков - покупать шмотки на распродажах, я боготворю бюджетных евпропейских производителей. Я не питаю никаких слабостей к брендам и не мечтаю зарабатывать на дорогие роскошества. И мне неуютно в этих гостях, где я выгляжу бедной родственницей.

Мы заговариваем о Финляндии. Благодатная тема. И мне приходит в голову следующее.

Равенство и равнодушие не зря имеют общий корень. Равондушие в хорошем смысле. В Финланд никому не дела до того, как ты одет. Они равнодушны друг к другу, но оттого и равны. Отсюда и огромное количество фриков на улицах, безумно одетых людей абсолютно всех возрастов. И я никогда не чувствую себя там какой-то не такой. Потому что финны построили в своей маленькой стране настоящий социализм. Все равны. Топ-менеджеры с огромной зарплатой могут встретиться в кабаке, в котором может позволить себе поужинать обычный студент. Расплачиваясь в магазине, ты не почувствуешь классовой ненависти во взгляде кассира, просто потому что ее нет. Кассир не станет на тебя рычать и хамить только потому, что ты сейчас платишь, а он работает. Не то сознание у них. Все просто и разумно. Каждому человеку свое место в жизни, каждая профессия уважаема. И простота - минималистичный дизайн повсюду, удобство, универсальность. Одинаковые цены почти везде - чай в кафе на центральной улице Хельсинке стоит столько же, сколько в дыре на заправке.

Именно это я люблю. Там никогда не чувствуешь себя ущербным, убогим, не относящимся к какой-то мифической недостижимой элите. Не то, что в Росссии. В этой стране придется всю жизнь отчаянно пытаться заработать денег на этот самый покой, чтобы иметь возможность купить дом с высоким забором и завести охрану. Только тогда сможешь позволить себе не бояться людей на улицах, правда начнешь бояться чего-то еще. В этой стране вечно будут судить по одежке, завидовать и сравнивать. Невыносимо.

Я пытаюсь все эти сумбурные мысли донести до хозяйки, с которой мы ведем светскую беседу за ужином.
- Вы правда хотели бы жить там, Даша? - удивляется она.
- Да. Мне кажется там проще с благосостоянием, там проще быть человеком.
- Но ведь и в нашей стране можно прекрасно жить! - с искренним убеждением и чуть ли не с заламыванием рук говорит мне женщина, у которой идеальная прическа, идельный маникюр, идеальный наряд и самая роскошная квартира, которую я когда-либо видела.
Мне хочется рассмеяться ей в лицо и сказать, что прекрасно жить в этой стране можно только будучи очень богатым. Но я ничего не говорю. Какой смысл?

Мне повезло увидеть замечательный аттракцион - я попала на один вечер в жизнь, в которой вряд ли когда-нибудь буду, попала в окружение тех, кто стоит на много-много ступеней выше меня на социальной лестнице. Это было познавательно.

Простите, если сумбурно. Я пишу все это отпускное спустя несколько недель по обрывкам записей и мыслей. Мысли хочется запомнить, вот и пишу.