(no subject)

Последствия жопа-пати превзошли все ожидания, как и сама жопа-пати.

Сначала были сюрпризы - пришло всего человек 17, вместо задуманных 30. Это означало, что еды будет слишком много, как и выпивки. Я было испугалась, что процесса нажирания в мясо ускорится до неприличия, но все оказалось совсем не так. Сюрприз за сюрпризом.

Для начала еда, приготовленная поселковыми поварами, оказалась очень вкусной - простой, сытной и с мещанской затейливостью украшенной. Морковные резные цветочки в антураже посуды советских времен смотрятся крайне трогательно.

Затем оказалось, что прорабы, вопреки моему предубеждению, напиваются не сразу и не начинают драки, а говорят вполне приятные тосты, шутят и ведут достойные беседы не только о работе.

Вечеринка оказалась отличной - я пила вино, болтала, немножко кокетничала и совершенно не хотела никуда уезжать. Наташка тоже не хотела - приехал ее муж и необходимость в раннем возвращении домой отпала. Мужчины быстро наелись и принялись с удовольствием и всей толпой жарить шашлыки во внутреннем дворе кафе. Все довольны, все счастливы.

Я прикончила бутылку вина и решила, что у меня есть полное право набухаться. Позвонила Маринке и отчиталась о ходе событий, даже задумалась о том, чтоб трахнуть кого-нибудь из присутствующих. "А что есть кого?" - удивилась Маринка. "Ну, пара инженеров вполне ничего.." - туманно ответила я. "Как же ты любишь маргиналов... - вздохнула Маринка - маргиналов, убогих, фриков..." "Как проженная интеллектуалка я могу себе это позволить" - парировала я.

Правда через полчасика я поняла, что план не срабатывает. Во-первых напиться почему-то не получается. Во-вторых, я кажется повзрослела и не могу так запросто хватать кого хочется и тащить в койку, это раньше меня мало волновало, что подумают люди и как это вообще выглядит со стороны. Сейчас же я думаю о субординации и собственном авторитете в коллективе. Стоило таким мыслям появиться, как я начала замечать, что мужчины потихоньку наклюкиваются, и вот уже кто-то лезет обниматься, кто-то пытается усадить меня к себе на колени, а кто-то целует ручки. Наташке-то хорошо, ее муж охраняет. А я прям под обстрелом оказалась.

Вслед за этим посыпались и другие малоприятности. Финский Майонез напился и, как и все пьяные финны на подобных тусовках, начал требовать, чтоб я переводила все его пьяные базары с русскими инженерами. А базары в таких ситуациях ведутся на самые щекотливые темы - о политике, войне, национальных различиях и женщинах. Ненавижу такое переводить, никогда не знаешь, за какой фразой может последовать удар в лицо финну.

В общем к полуночи нам с Наташкой пришлось принимать стратегические решения. Для начала решили собрать всю оставшуюся еду и алкоголь, которых вышло немало, и упаковать всем мужчинам наутро. Провели час с поварами на кухне, распихивая салаты и мясо по одноразовым тарелочкам. Вернулись в зал и обнаружили, что все присутствующе прекрасно пьяны. Самое удивительное, что больше всех нажрались те, кто казался мне самыми крепкими. Еще один неприятный сюрприз - самый адекватный инженер напился больше всех и позвонил местным поселковым блядям. "Зачем? - спросила осторожно я - У нас же как бы своя тусовка..." "А что ты удивляешься - на удивление трезвым голосом ответил он - Мы ж мужчины.. А попробуй я щас к тебе подкатить, так ты меня на хуй пошлешь..." "Пошлю.." - не могла не согласиться я. Приехали бляди. Их вид не вызвал у меня ничего, кроме жалости и брезгливости - две девчушки лет по 19 максимум, безвусные, неряшливые и растерянные.

Еще с час мы провели, пытаясь запихать мужиков в автобус и заставить ехать в общежитие. С трудом, но удалось. Затем автобус вернулся, чтоб отвезти уже только наш коллектив по домам в Челябинск. "Ну что? - спросила я босса уже в автобус - Как вечер?" "Нормально! - ответил мой эстонский чудила - "Только вот официантки могли бы быть получше" "Ну что вы хотели, это ж поселок!" "Ну что я хотел.. Я хотел.. Я короче люблю таких высоких девочек, с длинными ногами и большими сиськами!!!" От такой тирады я впала в шок. Я как-то не готова обсуждать с начальством сексуальные пристрастия. "Избавьте нас пожалуйста от подробностей. Меня мало интересуют ваши предпочтения относительно женщин..." - пробормотала я. "А что такого? - загорячился босс - Ну я правда люблю таких с сиськами..." Остальные мужики начали восторженно поддакивать. И я не выдержала: "А я люблю высоких брюнетов с большим членом! И тема на этом закрыта!" Все присутствующие мужчины замолчали, а Наташка расхохоталась. До Челябинска ехали молча.

Я проснулась рано - надо было переделать кучу дел. Уже к полудню поняла, что ужасно устала, вчерашний вечер отнял очень много моральных сил. Даже поход к косметологу и маникюрше не сильно исправили мое состояние. В общем надеюсь больше жоп-пати у нас не будет.

(no subject)

Раз уж начала про Питер до этого, то и продолжу. Все равно текстик уже записан в файлик.

Интересно, существуют ли какие-нибудь исследования, доказывающие, что пятница – это самый лучший день недели. По крайней мере моя прошлая пятница была именно такой.

Я выспалась, собралась, набила сумку нужными вещами, так как знала, что ближайшие две ночи я уже не буду ночевать у родителей и вернусь к ним только перед самым отлетом и отправилась в гости.

На ногах – наконец-то отобранные у мамы босоножки, которые она долго не хотела мне дарить, хотя мне они очень нравятся, в руках купленная сто лет назад сумка с неудобной ручкой, в голове предвкушение отличного дня.

Единственное расстройство – я думала с утра погулять с братом, как обычно накормив его всякой всячиной и возможно купив очередную шмотку, но оказалось, что отец увез его куда-то с собой на целый день. Встреча с братом отменилась вовсе. И я поехала в гости к Асе, своей единственной школьной подруге, с которой связывает уже совсем необъяснимая и давняя дружба. Я ждала ее, разгуливая среди вешалок в магазине торгового центра. Оборачиваюсь – стоит в дверях с коляской и улыбается. Высокая, тоненькая, как тростинка, с темными, почти черными глазами. На ней что-то развевающееся и массивные звенящие серьги. А в коляске – чудо из чудес, малипусечка, которую я не видела уже несколько месяцев, а ведь теперь это уже совершеннно осмысленная, почти годовалая аськина дочурка. Она уже почти самостоятельно ходит, правда почему-то исключительно кругами. Она что-то лопочет все время и делает уморительные рожицы. Мы втроем успеваем повертеться перед зеркаласи примерочной, купить мне футболку и сумку-котомку в эмо-стиле, а затем отправляемся перекусывать фаст-фудиком.

Разговоры с Асей.. Я кажется уже писала когда-то об этом. Это что-то невероятное. Просто мы успели поговорить о многом из того, что меня волнует и о чем нельзя говорить с другими, о чем даже в жж-то совсем не напишешь...

И опять мне нельзя провести с любимой подругой столько времени, сколько хочется, потому что надо бежать. Я мчусь снова на Васильевский остров, какой-то он магнитный для меня в эти дни, забираю в турагенстве свой общегражданский паспорт, а затем стою у метро и читаю и жду. Через некоторое время по лестнице сбегает мне навстречу красивая молоденькая и готичная девушка во всем черном. Это моя сестра. Младшая и двоюродная. Тоже Дашка by the way.

Мы совсем не похожи внешне. Разве что у нас одинаковый цвет волос, правда кто ж его заметит, какой он – мы обе с крашеными волосами уже давно. Но вот смотрю на наше фото пристально (блин, это по-моему наше первое в жизни фото вдвоем, по крайней мере в сознательной жизни) и думаю – а что-то все-таки общее в нас есть. Хотя какая разница – главное, что в нас есть общее внутренне. Дашка очень похожа на меня, только 10 лет назад. И мне прикольно, я болтаю с ней и думаю «А она клевая! Выходит, что я тогда тоже клевая была, а вовсе не лох дурацкий!»

Мы заглянули в театральную кассу, в качестве подарка на прошедший день рождения я купила Дашке билет на осенний концерт «Пикиника», на который, если честно с удовольствием сама бы с ней сходила. Затем мы заруливаем в суши-барчег, где проводим 1,5 часа за бурным обсуждением Гарри Поттера – встретились две верных фанатки! Все потому, что нам обеим по сути не с кем пообусждать любимые книги и фильмы про ГП, поэтому тут уже мы отрываемся и делимся предположениями, впечатлениями и восторгами. Да и еще о многом всяком разговариваем и мне приятно осознавать, что моя сестра выросла.

Затем мы гуляем в сторону Петропавловки, там нам должна встретиться Маринка, у которой как раз закончился корпоративчег в что-то-там-лаунж-баре. Мы с Дашкой сидим на ступенях биржи, как внизу появляется Маринка в корпоративной футболке и шикарных новых туфлях. «Ну что вы тут расселись???» - возмущается она. «Тут красиво! – возражаю я – Поднимайся давай, посидим!» Маринка неохотно заползает вверх и оказывается не зря – ровно в 9 начинает играть музыка и фонтан в Неве. Касик хватает фотоаппарат и начинает снимать на камеру в нем. «Ты что японский турист?» - язвит Маринка. «Да!» - радуюсь я и продолжаю снимать. А потом заставляю девчонок позировать мне и фоткаю их. «Маруся, сфоткай нас с сестрой, у нас вообще нет общих фоток!» Маринка фоткает, смотрит что получилось и сообщает: «Доня, ты улыбаешься как краб...» «Почему это как краб?» - возмущаюсь я. «Ну потому – вздыхает Маринка – мне кажется все крабы именно так улыбаются....» Внизу по набережной гуляют люди и свадьбы. У одной из ростральных колонн стоит розово-черный эмо-лимузин.

Мы пытаемся решить, что делать дальше. Нам с Маринкой страшно хочется напиться, вдобавок мне все еще хочется на коллонадку. Выпивать в барах-ресторанах не хочется, ведь погода прекрасная и нет ничего лучше, чем распивать вино летним вечером где-нибудь на набережной.

Нам приходит в голову вызвонить Катю larqui. И пока мы спокойно идем втроем встречать ее у метро, она уже мчится нам на встречу. Возле метро мы прощаемся с сестрой, время уже вечернее и ей пора домой, вряд ли ее родители будут в восторге, если я возьму ее с собой бухать, старшим сестрам так поступать неприлично. Дашка убегает, зато появляется Катя.

Мы решаем найти какой-нибудь магазин и купить вина. Супермаркет в Пассаже оказывается уже закрыт. Мы бредем по Невскому, я вспоминаю про жуткую «Находку» напротив цирка. Туда мы и направляемся. Берем пару литров белого сухого, сыр, финские хлебцы и миндаль – странный набор. И обязательно разноцветные пластиковые стаканчики, «Все как ты любишь, Донечка» - хвастается Маринка. И как-то само собой в уже наступающих сумерках мы бредем к Инженерному замку. По дороге проверяем мост на предмет пантомимки и на подходящем поребрике демонстрируем Кате, что же эта самая пантомимка означает. В сквере у замка полно людей, но мы находим свободную скамейку слегка на отшибе и устраиваемся. А затем постепенно спускается ночь и незаметно проходит пара часов под винцо и разговоры о мужиках-козлах.
Постоянно подъезжают туристические автобусы и толпы туристов вываливаются к памятнику и фотографируются обязательно держась за какой-то уже до блеска отполированный выступ на барельефе. Я ною: «За что они там держатся? Я надеюсь там барельеф с лошадью и они держатся за хуй? – и мечтательно добавляю - Только бы это был хуй..»

После полуночи мы уже начинаем замерзать и отчаянно хотеть в туалет. Решаем двинуться с места и отправиться в какое-нибудь заведение. По дороге девчонки не выдерживают и торжественно ссут в темном углу за какими-то стендами с афишами. И как и в прошлый мой приезд мы приходим в суши-бар Taiheo, не самое лучшее место, но нам к этому времени уже все равно. Там мы и пробыли до 7 утра, выпив одну за другой бутылки 3 винища. Посетителей становилось все меньше и меньше, а мы все сидели на террасе, завернувшись в пледы, с бокалами белого и закусывая роллами. Мы громко смеялись, познакомились с турко-голландцем и русско-голландцем с соседнего столика, пожелали им хэв фан и инджой бьюти оф сити. Мы признавались друг другу в любви, обнимались и целовались и все время болтали. Я очень смутно помню содержание разговоров – что-то про мужиков и секс, так что мы с Маринкой рассказывали какие-то довольно интимные байки из жизни, в основом из моей непутевой. Но содержание – не важно.

Важно, когда я сижу и смотрю туманным взглядом на проносящиеся мимо машины, поток которых на Невском не редеет даже ночью, смотрю на дворец Белосельских-Бельозерских, любимый мною с детства, смотрю на сидящих рядом Марусю и Кати и думаю о том, в каком же феерическом городе я живу, где можно сидеть вот так вот посреди нереальной красоты, бухать в сквере возле величественного замка, чувствая себя при этом декадантами, разговаривать с любимыми, которых только этот город мог породить и великодушно подарить мне, и чувствовать себя счастливой...

(no subject)

Мне сегодня ужасно хочется в осень.
Хочется уехать куда-нибудь, где осень теплая и тянучая. Штат Мэрилэнд вполне бы подошел. По крайней мере именно таким я его помню. Желтолистым, холмистым и очень уютным.
А мне как раз этого сейчас и хочется - побольше желтых и красных красок, побольше рельефа в пейзажах, чуть влажного воздуха и чуть прохладных вечеров, когда еще рано ходить в пуховике, но уже поздно ходить без шарфа и перчаток.

Мне надоел путь на работу. Каждое утро и каждый вечер 150 километров на машине по одной и той же трассе, а вокруг тоска: поля, немножко леса, снова поля, заливные луга, рощица, снова поля. Идеально ровный ландшафт. Скукотища. Я не люблю равнины. Я люблю холмы и горы. И осень.

Мне хочется, чтоб было наконец свободное время. Чтоб тратить это время не на уборку и сон урывками, а на прогулки и чтение. Чтоб пить чай с лимоном в незнакомых кафе и слоняться по незнакомому городу, закутавшись в шарф, и пинать листья. Скоро придет осень, но я по-прежнему буду мотаться на стройку и не высыпаться и стану еще более нервной. Хочется, чтобы уже этот проект и все его безумие закончилось поскорее и я вернулась жить в Питер. Скорей бы. Я скоро потеряю терпение.