(no subject)
Aug. 16th, 2005 09:50 amЯ болею.
Я вчера еще днем почувствовала, что у меня температура. Потому что меня начало ломать, колбасить, появилась слабость и , наконец, абсолютно типично для меня – стало больно дотрагиваться до кожи…
Меня дважды вырвало на работе. Слава богу, что успела добежать до туалета. Дико болело горло, и было почти невозможно глотать. Было стопудово ясно, что я заболела.
Приехала домой, взяла зеркало и постаралась рассмотреть, что происходит у меня в горле. Увиденное меня совсем не порадовало - вся глотка и прочие гланды покрыта белыми пятнами… Омерзительное зрелище. Андрей посмотрел и поставил мне диагноз. Я напилась лекарств, наполоскала горло, напшикала его и мгновенно уснула.
Спалось тяжело. Проснулась с каменной головой. Температура не спала.
И вот теперь сижу я на работе, раскидав по столу таблетки и спреи.
У меня какая-то там фаллически-молекулярная ангина, как сказал Андрей.
Сейчас у меня температура 38,3. Мне плохо, и я не могу говорить…
Хочется домой….
Я вчера еще днем почувствовала, что у меня температура. Потому что меня начало ломать, колбасить, появилась слабость и , наконец, абсолютно типично для меня – стало больно дотрагиваться до кожи…
Меня дважды вырвало на работе. Слава богу, что успела добежать до туалета. Дико болело горло, и было почти невозможно глотать. Было стопудово ясно, что я заболела.
Приехала домой, взяла зеркало и постаралась рассмотреть, что происходит у меня в горле. Увиденное меня совсем не порадовало - вся глотка и прочие гланды покрыта белыми пятнами… Омерзительное зрелище. Андрей посмотрел и поставил мне диагноз. Я напилась лекарств, наполоскала горло, напшикала его и мгновенно уснула.
Спалось тяжело. Проснулась с каменной головой. Температура не спала.
И вот теперь сижу я на работе, раскидав по столу таблетки и спреи.
У меня какая-то там фаллически-молекулярная ангина, как сказал Андрей.
Сейчас у меня температура 38,3. Мне плохо, и я не могу говорить…
Хочется домой….