(no subject)
Mar. 23rd, 2005 01:05 pmЯ сегодня пойду на маникюр. Поползу. Поковыляю. Похромаю.
Хочу красивые ногти. И по хуй, что денег нет, а дома в холодильнике только апельсины и кетчуп. Значит будем есть апельсины с кетчупом и все тут. Зато буду красивые ногти. В пятницу этими ногтями я буду нервно дергать нижнюю губу, а ты будешь сидеть напротив и наискосок за большим столом и украдкой смотреть на мои губы.
Я слегка задираю джинсину, оттягиваю краешек ярко-желтого носка и, запустив мизинец под гипс, чешу ногтем усталую кожу.
А еще хочу зеленые колготки. И новые туфли.
Когда мне снимут гипс, я обязательно пойду и куплю себе новые туфли. На маленьком толстом каблуке и с круглым носом. И буду носить их с зелеными колготками. Ну и что, что у меня почти нет юбок и платьев. С сошью себе юбку. Сошью из какой-нибудь безумной сетки вручную. У меня будет смешная ебанутая юбка. Зато совсем не будет гипса и будет весело.
А еще у меня есть новые модные нарукавники. Такие хреновины по локоть, как перчатки, только на конце там дырки только для большого пальца и всей ладони. Так вот у меня такие есть. Ярко зеленые. Я их всего пару раз надевала. На руках у меня тогда было много колец с большими фальшивыми камнями. Я вообще люблю огромную вычурную бижутерию. И люблю сочетать странные вещи. Вот поэтому мне нужны эти чудесные нарукавники. Когда я куплю зеленые колготки, они буду охуенно сочетать с нарукавниками и юбкой из сетки.
Если бы у меня была швейная мащинка, я бы сейчас начала много шить. У меня очень швейное натроение. А машинки нет....
И я грущу... И где-то в каком-нибудь там Париже какой-нибудь там Пако Рабан во сне ворочается и просыпается от странного беспокойства, ощущая пятками, что в далекой России в питерском воздухе растворяются нереализованные таланты гениальной меня...
Хочу красивые ногти. И по хуй, что денег нет, а дома в холодильнике только апельсины и кетчуп. Значит будем есть апельсины с кетчупом и все тут. Зато буду красивые ногти. В пятницу этими ногтями я буду нервно дергать нижнюю губу, а ты будешь сидеть напротив и наискосок за большим столом и украдкой смотреть на мои губы.
Я слегка задираю джинсину, оттягиваю краешек ярко-желтого носка и, запустив мизинец под гипс, чешу ногтем усталую кожу.
А еще хочу зеленые колготки. И новые туфли.
Когда мне снимут гипс, я обязательно пойду и куплю себе новые туфли. На маленьком толстом каблуке и с круглым носом. И буду носить их с зелеными колготками. Ну и что, что у меня почти нет юбок и платьев. С сошью себе юбку. Сошью из какой-нибудь безумной сетки вручную. У меня будет смешная ебанутая юбка. Зато совсем не будет гипса и будет весело.
А еще у меня есть новые модные нарукавники. Такие хреновины по локоть, как перчатки, только на конце там дырки только для большого пальца и всей ладони. Так вот у меня такие есть. Ярко зеленые. Я их всего пару раз надевала. На руках у меня тогда было много колец с большими фальшивыми камнями. Я вообще люблю огромную вычурную бижутерию. И люблю сочетать странные вещи. Вот поэтому мне нужны эти чудесные нарукавники. Когда я куплю зеленые колготки, они буду охуенно сочетать с нарукавниками и юбкой из сетки.
Если бы у меня была швейная мащинка, я бы сейчас начала много шить. У меня очень швейное натроение. А машинки нет....
И я грущу... И где-то в каком-нибудь там Париже какой-нибудь там Пако Рабан во сне ворочается и просыпается от странного беспокойства, ощущая пятками, что в далекой России в питерском воздухе растворяются нереализованные таланты гениальной меня...