(no subject)
Mar. 26th, 2018 03:11 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dashakasikВ продолжение темы синдрома самозванца.
Я тут какое-то время страшно переживала, что провалила книжный челлендж в прошлом году и вместо 52 книг за год прочитала всего 25. Ходила и думала про себя – какой же ты, Даша, нафиг книжный червь и любитель книг, когда читаешь ты всего ничего! Вон некоторые твои френды читают по 50 книг в год и больше, а про профессионалов (литературных переводчиков или критиков) я и не говорю. А ты что? Какой ты нафиг читатель, когда читаешь совсем не так уж много, да и по большей части всякую фигню, а серьезную большую литературу все откладываешь да откладываешь.
А потом меня вдруг осенило.
Мои родители развелись уже одиннадцать лет назад, довольно давно, но я при этом все равно постоянно вижу сны про ту квартиру, где мы жили все вместе. Но только вижу я в своих снах совсем не несуществующую уже семью и даже не просто сам дом, когда-то бывший родным, а книги. Я не меньше пары раз в месяц вижу сны о тех книгах, которые остались в родительской квартиру после их развода, где я не была уже несколько лет. Я скучаю по книгам. Не по отцу, с которым перестала общаться, не по брату, которого не видела много лет. Я скучаю по долбанным книгам. Скучаю и вижу их во сне. Возвращаюсь во снах за ними из раза в раз. Тяжело просыпаюсь и возвращаюсь в реальность, в которой этих книг я уже никогда не увижу.
Моя принадлежность к книжному миру измеряется не количеством и не качеством прочитанных и читаемых мной книг. Она измеряется тем, какое место книги занимают в моей жизни, в моем мире и сердце.
Девочка, воспитанная книгами.
В той квартире в Купчино стоял в коридоре большой уродливый шкаф, забитый книгами. Бессмысленная коллекция всего подряд, которую в семье не читал никто, кроме меня. А я читала каждый день. Засыпала с книжками, просыпалась с книжками. Читала за завтраком и в метро по дороге в школу или универ. Читала без особого разбора – просто брала в шкафу то, что любила или что еще не читала. Все подряд. Когда я еще жила там, книги были моей заботой – я регулярно перебирала их, переставляла в шкафу по известным только мне категориям, переносила то в свою комнату, то на полки в коридоре. А когда я съехала, все книги со всего дома сослали в один единственный уродливый шкаф. Запихали в него и забыли. Когда я еще иногда бывала там, я обходила тот шкаф стороной, потому что мне было жалко сдавленные книжки, но помочь я им ничем не могла. Да и дела тогда были поважнее, с людьми бы разобраться, какие уж там книжки.
И теперь они мне снятся. Я даже не знаю, есть ли они там. Может отец давно их выкинул. Может и шкафа-то того уже нет.
Я скучаю по ним, потому что они были моим счастьем. Я помню их лучше, чем многих людей. Помню изнутри и снаружи.
Я – книжный червь. Потому что книги меня вырастили. И не важно, сколько их я прочитываю в год. Важно, что все они оставляют во мне след. Важно, что я обращаюсь к книгам с вопросами, как обращаются к советникам и священникам. Важно, что я прихожу к ним за радостью и утешением, за переживаниями и покоем. В любой непонятной ситуации – иди читай.
Я тут какое-то время страшно переживала, что провалила книжный челлендж в прошлом году и вместо 52 книг за год прочитала всего 25. Ходила и думала про себя – какой же ты, Даша, нафиг книжный червь и любитель книг, когда читаешь ты всего ничего! Вон некоторые твои френды читают по 50 книг в год и больше, а про профессионалов (литературных переводчиков или критиков) я и не говорю. А ты что? Какой ты нафиг читатель, когда читаешь совсем не так уж много, да и по большей части всякую фигню, а серьезную большую литературу все откладываешь да откладываешь.
А потом меня вдруг осенило.
Мои родители развелись уже одиннадцать лет назад, довольно давно, но я при этом все равно постоянно вижу сны про ту квартиру, где мы жили все вместе. Но только вижу я в своих снах совсем не несуществующую уже семью и даже не просто сам дом, когда-то бывший родным, а книги. Я не меньше пары раз в месяц вижу сны о тех книгах, которые остались в родительской квартиру после их развода, где я не была уже несколько лет. Я скучаю по книгам. Не по отцу, с которым перестала общаться, не по брату, которого не видела много лет. Я скучаю по долбанным книгам. Скучаю и вижу их во сне. Возвращаюсь во снах за ними из раза в раз. Тяжело просыпаюсь и возвращаюсь в реальность, в которой этих книг я уже никогда не увижу.
Моя принадлежность к книжному миру измеряется не количеством и не качеством прочитанных и читаемых мной книг. Она измеряется тем, какое место книги занимают в моей жизни, в моем мире и сердце.
Девочка, воспитанная книгами.
В той квартире в Купчино стоял в коридоре большой уродливый шкаф, забитый книгами. Бессмысленная коллекция всего подряд, которую в семье не читал никто, кроме меня. А я читала каждый день. Засыпала с книжками, просыпалась с книжками. Читала за завтраком и в метро по дороге в школу или универ. Читала без особого разбора – просто брала в шкафу то, что любила или что еще не читала. Все подряд. Когда я еще жила там, книги были моей заботой – я регулярно перебирала их, переставляла в шкафу по известным только мне категориям, переносила то в свою комнату, то на полки в коридоре. А когда я съехала, все книги со всего дома сослали в один единственный уродливый шкаф. Запихали в него и забыли. Когда я еще иногда бывала там, я обходила тот шкаф стороной, потому что мне было жалко сдавленные книжки, но помочь я им ничем не могла. Да и дела тогда были поважнее, с людьми бы разобраться, какие уж там книжки.
И теперь они мне снятся. Я даже не знаю, есть ли они там. Может отец давно их выкинул. Может и шкафа-то того уже нет.
Я скучаю по ним, потому что они были моим счастьем. Я помню их лучше, чем многих людей. Помню изнутри и снаружи.
Я – книжный червь. Потому что книги меня вырастили. И не важно, сколько их я прочитываю в год. Важно, что все они оставляют во мне след. Важно, что я обращаюсь к книгам с вопросами, как обращаются к советникам и священникам. Важно, что я прихожу к ним за радостью и утешением, за переживаниями и покоем. В любой непонятной ситуации – иди читай.
